— Родион Желтый, разблокируйте люк, — раздался голос капитана. Дик показал объективу коробочку с нажатой и удерживаемой пальцем кнопкой и спокойно произнес:

— Если я отпущу эту кнопку, взрывчатка в кладовой номер шесть сдетонирует, — это новое для себя слово он выговорил очень вкусно, — во избежание вышеназванного, Вам надлежит высадить меня на обитаемой планете. Можно в ненаселенной местности. А сейчас будьте любезны доставить мне еду, питье и горшок. Дверь будет открыта, но приближаться ко мне не следует.

Догадливость капитана превзошла даже самые смелые ожидания. Ни препирательств, ни даже торга, не последовало. "Хорошо", — было все, что последовало в ответ. А через сутки голос из динамика предупредил о том, что начинается посадка и следует приготовиться к перегрузкам.

Двигатели затихли, а вес остался. Сели. Дик навьючил на себя заранее приготовленный ранец, открыл дверь и по скобам центрального ствола спустился к выходному люку. Сильно мешала адская машинка с нажатой кнопкой и груз за спиной, но спешить было некуда. Выглянул наружу. Неприглядная картина то ли ранней весны, то ли поздней осени. Местность низменная, равнинная, поросшая редколесьем. Кругом болотца или озерца. Невдалеке начинаются холмы, а за ними и горы виднеются. Невысокие, с плавными очертаниями, лесистые. И никаких признаков человеческого жилья.

Дик спустился на грунт по веревочной лестнице (еще один акробатический этюд с использованием одной руки), и пошел к ближайшему холму. Метров через триста оглянулся. Кто-то смотрел ему вслед из раскрытого люка. Ну и, пожалуйста. А корабль выглядел как жалкий обрубок, наклонно торчащий из болотины. Консоли с двигателями, на гондолы которых он опирался, наполовину погрузились в почву вместе с кормовой частью корпуса. Грузовые отсеки на внешних подвесках отсутствовали совершенно. Носовая часть, где располагались пассажирские каюты, тоже куда-то подевалась.

Ну что же, выходит, пираты и не собираются отсюда улететь. Стало быть, он практически и не спутал им планы. Они прибыли к месту перегрузки добычи на другой корабль, инсценировав гибель своего. Во всяком случае, есть шанс, что спасатели найдут обломки и придут к выводу о гибели судна в результате взрыва. А пираты, тем временем, спокойно перегрузят ценный товар из одной из внутренних кладовых, дадут трясине засосать останки разграбленного корабля и продолжат свою деятельность, как ни в чем не бывало. Эх, отпустить бы кнопку, да грохнуть как следует! Однако нельзя. Взрыв разнесет и реакторный отсек. Многие сотни квадратных километров будут на десятилетия загажены радиоактивными веществами.

Когда закончился провод на катушке, Дик был уже в лесу. Наложил закоротку на клеммы и отпустил кнопку. Все, больше с кораблем его ничто не связывает. Теперь его дело — уйти подальше и хорошенько запутать следы. Вряд ли он теперь интересует пиратов, если они, конечно, не маньяки. Но, на всякий случай, надо поостеречся. Да и пора приниматься за поиски людей. Почти все планеты с кислородной атмосферой колонизированы. А если и нет, то уж научные станции на них есть обязательно.

Даймонд Глюк был насторожен. Он не привык к благосклонности Фортуны, а тут и груз, и пассажиры нашлись буквально в тот же самый момент, как только он закончил разгрузку. Да еще и в полном соответствии с грузоподъемностью судна и вместимостью кают. Даже две из обычно пустующих внутренних кладовых оказались заполнены. В одной разместили хозяйство летящих этим рейсом взрывников, во второй — контейнеры с семенами какого-то растения, сырьем для производства сильного болеутоляющего. Рейс обещал быть выгодным. Да и проходил он по местам давно и хорошо изученным, подробно описанным в лоциях и не обещающим неожиданностей.

Поэтому капитан всю дорогу был начеку, ожидая от судьбы нежданного подвоха. Он позволил себе задремать вполглаза только на четвертый день полета, когда до прибытия в конечный пункт оставалось меньше суток. Разбудил его ревун сигнала тревоги. Дежурный офицер доложил, что после последнего перехода они оказались в поле притяжения черной дыры. В это было бы невозможно поверить, если бы не картина на экранах наружного обзора, не оставляющая никаких сомнений.

Но в этом месте не было ни черных дыр, ни условий для их образования. Однако разбираться с этим некогда, надо искать выход. Старпом справедливо оценил ситуацию как критическую еще до прихода капитана и подал в пассажирские каюты усыпляющий газ раньше, чем дал сигнал тревоги. Теперь экипаж перетаскивал спящих в свободные внутренние кладовые и крепил к полу как груз. На объяснения и сборы не было времени, а двигатели полностью груженого старенького судна не могли обеспечить ему ускорения более двух "g".

Приняв командование Даймонд принялся отстреливать грузовые модули со внешних подвесок. Пока он был занят этим, экипаж закончил с пассажирами и сам занял места на тюфяках, прямо на палубе. Их каюты отстрелили вместе с пассажирскими. И в них все личные вещи, и, наверное, сбережения. Не до того. Дали тягу.

Потерявший около шестидесяти процентов своей массы корабль вдавил всех в пол более чем пятикратной перегрузкой. Если бы старпом не проследил за центровкой при перемещении пассажиров и экипажа, достичь такого ускорения не удалось бы. Часть тяги пошла бы на сохранение ориентации. А так — Глюк просто тщательно выбрал направление и притопил на всю катушку.