– Нам надо поспать, – пробормотала усталая Кайони.

– Спи и отдохни хорошенько, друг мой, – отозвался ее спутник.

Они ехали вдоль северного притока Пыльной Реки, которую называли так потому, что берега ее были покрыты сухой грязью, которая рассыпалась в пыль, если взять ее в руки. Река была защищена со всех сторон скалами и холмами, поэтому над ней редко дули сильные ветра. Но зимой и ранней весной ветер с каньонов поднимал на ней огромные волны, которые смывали все, что оказывалось на берегах, а в начале осени здесь случались ураганы, которые валили деревья и уничтожали все живое. По обе стороны притока находились зыбучие пески и топи, в которых страшная смерть поджидала человека и животное. Поэтому Кайони и Осторожный Волк продвигались с большой осторожностью.

Везде, где вода была поблизости, собиралось много животных, в изобилии росли ягоды, травы, цветы и деревья. Олени и антилопы часто безбоязненно показывались на глаза разведчикам. В просветах между деревьями виднелись поросшие дикими цветами равнины.

Древние скалы служили прекрасным ориентиром, но Кайони и Осторожному Волку не требовалось определять по ним направление. Они шли по следам воронов. Изучая состояние примятой травы, отпечатки копыт и затушенные костры, напарники определили, что отряд врагов находился впереди в двух днях пути.

Неожиданно Осторожный Волк остановился, обернулся и посмотрел назад.

– За нами едут два всадника. Давай-ка устроим им ловушку. – Он подстегнул коня, и Кайони последовала за ним. Направляясь к реке, чейенн сказал: – Подъедем к берегу и вернемся немного назад по воде. – Он указал на участок противоположного берега, поросший невысоким кустарником. – Вороны решат, что мы переправились здесь. Они бросятся следом и угодят прямо в голодные пески. Нам надо торопиться. Осторожнее, не отъезжай от меня дальше, чем на вытянутую руку.

Кайони завела Тука в реку и, держась ближе к берегу, направилась вниз по течению. Майя бежал рядом с хозяйкой. Осторожный Волк ехал следом.

Преодолев таким образом некоторое расстояние, они спешились, спрятали животных и уничтожили все свои следы. Из укрытия разведчики увидели, как двое воронов выехали на открытое место. Их головы были наклонены – они изучали следы. Один из воронов махнул рукой в сторону реки, показывая, что преследуемые перебрались на другой берег. Оба воина пришли в возбуждение, решив, что всадники направились в тупиковый каньон. Видимо, стараясь опередить друг друга и поскорее добраться до трофеев, они галопом бросились через реку.

Кайони увидела, как их лошади, учуяв впереди смертельную опасность, встали на дыбы. Сбросив своих седоков, животные каким-то чудом сумели выбраться на твердое место. Оба ворона барахтались в зыбучих песках, борясь за жизнь. Кайони испытывала ужас, глядя на их тщетные попытки уйти от смерти, но понимала, что враги не преминут убить ее и чейенна, даже если они окажутся спасителями.

Когда все было кончено, Кайони подняла глаза. Осторожный Волк снял с лошадей воронов уздечки и поклажу и отпустил животных на волю. Девушка подошла к нему.

– Мы не станем брать их с собой. Они могут выдать наше присутствие, особенно когда мы окажемся рядом с лагерем воронов. Эти лошади сильные и умные. Они не погибнут – ведь кругом так много травы и воды.

– Ты мудр и хитер, Осторожный Волк, – согласилась она с решением чейенна.

– Тогда в путь. Мы направимся к Красному притоку. Нам придется ехать по воде, чтобы не оставлять следов на тот случай, если за нами последует новый отряд воронов. Возможно, часть воронов задержалась у Священной Горы, чтобы принести дары Великому Колесу. А может быть, они хотят еще поохотиться, прежде чем присоединиться к своему племени. Вороны могут увидеть наши следы и догадаться, что за их отрядом следят. Мы не можем рисковать.

Кайони согласилась, что лучше пойти другой дорогой, а затем нагнать врагов у северной излучины, там, где Красный приток соединяется со средним руслом. Тогда можно было бы немного отдохнуть от напряжения, не оставлявшего напарников последние шесть дней. Она, с облегчением подумала, что некоторое время не придется ощущать дыхание врагов за спиной.

Во время следующего привала Майя принес Кайони зайца и положил свою добычу на колени хозяйки.

– Ты молодец, но мы не можем развести огонь, чтобы приготовить его. Я сниму с него шкуру, которую ты даже не попортил мой умелый охотник. – Девушка улыбнулась и погладила своего питомца.

Осторожный Волк смотрел, как Кайони потрошит тушку. Она отдала мясо Майе, а шкурку свернула, предварительно соскоблив с нее жир Чейенн не мог оторвать взгляд от прекрасной тива. Вскоре он погрузился в воспоминание о волнующей сцене, виденной им у водопада возле зимнего стойбища. Вспомнив Кайони обнаженной и с открытым лицом, он почувствовал, как забилось его сердце.

Кайони подняла глаза и заметила странный блеск в глазах Осторожного Волка.

– Почему ты так смотришь на меня? – смущенно спросила она.