Снова раздался звук колокола.

Теперь Магистр стоял, держа меч прямо перед собой. Он начал поворачиваться к каждому из зубцов пентаграммы, обращаясь к каждому из них по очереди:

— Приветствую Белиала с севера! Приветствую Люцифера с востока! Приветствую Левиафана с запада! Приветствую Сатану с юга! — Каждый его поворот отмечался ударом колокола.

Когда он повернулся к Дэниелу, то подросток, к своему потрясению, увидел, что массивный член Магистра находится в состоянии эрекции.

Магистр затянул нараспев:

— Мой стержень воздвигнулся! Разъедающая сила моего яда уничтожит святость того мышления, которое чурается похоти; и когда семя падет, его испарения без промедления овладеют этим беспомощным мозгом в соответствии с моим желанием! Во имя великого бога Пана, пусть мои тайные мысли претворятся в движения плоти, которые я желаю! Шемхамфораш!

Прозвучал ответ:

— Слава Сатане!

Ударил гонг. Женщина в маске крысы, держа колокол, медленно двинулась к Магистру. В левой руке у нее было распятие. На ходу она нараспев произносила:

— Мои чресла в огне! Нектар, что капает из моей сокровенной расщелины, оплодотворит и разбудит этот дремлющий мозг и наполнит его сумасшедшим желанием похоти. И когда мой могучий порыв заявит о себе, та плоть, которую я жажду, придет ко мне. Во имя и великой вавилонской блудницы, и Лилит, и Гекаты, да удовлетворится моя похоть! Шемхамфораш!

Застыв перед всеми собравшимися, включая и Магистра, она вскричала: «Слава Сатане!» — и гонг ответил ей гулким эхо.

Встав на колени сзади Магистра, она поцеловала его анус. Он повернулся к ней, и женщина припала поцелуем к головке его члена. После этого она сама повернулась, на несколько дюймов ввела распятие во влагалище раскинувшейся молодой женщины, извлекла его и вскинула над головой.

Повторяя те же слова, вперед вышла другая женщина, тоже поцеловала Магистра в оба места, взяла распятие и снова ввела в тело лежащей навзничь женщины. Дэниел возбужденно наблюдал за ними.

Наконец Магистр еще раз опустился на колени между ног молодой женщины на полу. Обеими руками он взял свой член, словно собираясь преподнести его божеству, а затем одним движением подался вперед и вошел в нее. Она испустила единственный короткий всхлип. Он опустился на нее и стал с силой яростно входить в тело женщины; его живот бился об нее, как молот.

Все стояли, наблюдая. Толчки все ускорялись, пока тело Магистра не напряглось и не стало содрогаться. Вдруг его свело судорогой, он испустил длинный вопль, после чего остался неподвижно лежать на женщине. Их сплетенные тела слились в скульптуру какого-то восьмичленного существа.

Снова ударил колокол.

— Слава Сатане!

Магистр вздрогнул и медленно поднялся с женщины; его член снова обмяк. Молодая женщина продолжала лежать, бессмысленно глядя вверх. Дэниел снова услышал плач ребенка и увидел, как женщина-змея держала на вытянутых руках голого мальчика.

Он почувствовал, как ему развязывают руки, и веревка сползла на землю.

Подняв голову к черному потолку, Магистр снова затянул нараспев:

— «Смотри! — вознес голос Сатана. — Я круг, на чьих руках стоят Двенадцать Королевств. В шести восседают те, кто дышат, остальные — остры как серпы, как Рога Смерти. Это и земные создания, и не они — кроме моих помощников, которые спят, но поднимутся!»

Кто-то протянул Дэниелу кинжал, его собственный, он узнал его. Женщина с ребенком вошла в круг в сопровождении другой, с головой волчицы, которая несла серебряный сосуд, и Магистр взмахом меча за их спинами замкнул круг.

Раздались три быстрых, один за другим, удара колокола.

Женщина-змея протянула ребенка Дэниелу. Посмотрев на маску, он увидел в ее прорезях блеск глаз, но не смог ничего прочитать в их выражении. У ребенка были голубые глаза, светлый пушок волос, и сейчас он был тих и молчалив. Дэниел не мог понять, в каком он возрасте — может, несколько недель, а может, и больше.

Он удивленно дернулся, когда чья-то сильная рука взяла его запястье. Это был Магистр. Он медленно поднес острие кинжала к груди ребенка.

«Придется зарезать его», — в ужасе подумал Дэниел. Женщина-волчица держала чашу под ребенком, словно уже готовясь собирать кровь.

Он попытался сопротивляться, но хватка магистра была сильной и жесткой, и она решительно подталкивала его все ближе и ближе. Ребенок оставался спокойным, даже когда острие кинжала распороло кожу с правой стороны груди.

Загудел гонг, потом еще — и пять раз подряд. Когда раздался шестой удар гонга, Магистр сжал руку Дэниела и, с силой опустив ее вниз, глубоко вогнал лезвие в грудку ребенка. У Дэниела перехватило дыхание.