Он покрутил ручку телефона и крикнул в трубку:

– Степан Игнатич! Куда там Кроль запропастился? Да, пусть сразу ко мне дует – ему еще фотографии клиенту с отчетом везти…

Бросив телефонную трубку, Хитрук некоторое время грыз трубку курительную и разглядывал Гильзу:

– Так, – сказал он, наконец, – а ты чего скучаешь? У тебя новое задание: поедешь сейчас к одному клиенту и передашь на словах, что я скажу. Запоминай все хорошенько: это очень, очень серьезная персона – довольно известный политик.

– А почему вы сами не поедете, если это такой важный клиент? – немного оробев, спросил Гильза.

– Увидишь… – загадочно произнес сыщик. – Зачем мне лишний раз портить себе нервы, когда у меня на это есть расторопный практикант?

– А что ему передать? – упавшим голосом спросил Гильза.

– Вот этот конверт. И скажи следующее: «Я от ИО. Под вас копает Богомол».

– И все?

– Тебе этого мало?

– Нет-нет! Хорошо, так и скажу.

Детектив придирчиво посмотрел на Гильзу, обошел его и недовольно крякнул:

– Одеть бы тебя поприличнее… Ну, да ладно, сойдет. А поскольку это поручение посерьезнее – возьмешь такси. Вот деньги – все строго под отчет.

Он сунул практиканту пару мятых бумажек, торжественно потряс руку и сказал, заглядывая в глаза:

– Удачи!

Гильзе сразу не понравилось это задание. По указанному адресу, в лесистой местности неподалеку от МКАДа оказался роскошный особняк, скрывавшийся за мощным четырехметровым забором. Куда ни глянь – всюду видеокамеры. На фоне всего этого терялась даже сосновая роща, частично охваченная забором.

Едва такси затормозило возле огромных ворот, у машины возникло двое охранников самого зверского вида. Черные лоснящиеся костюмы на них, казалось, вот-вот лопнут под давлением мускулатуры.

– Як Эдуарду Петровичу… – робко сообщил Гильза.

– Вас ждут, – голосом Терминатора отозвался один из охранников. – Пройдемте!

Гильзу провели через обширный участок, исчерченный дорожками из разноцветной плитки, мимо аккуратно стриженых газонов, фонтанов и бассейнов, мимо стоянки каких-то совершенно невероятных автомобилей.

Дом надвигался величественно, все больше загораживая небо. Сама архитектура его невольно вызывала беспокойство. Здание было трехэтажное, насыщенное ломаными линиями в тщетной попытке совместить барочную классику с чем-то чуждым человеческому глазу. В доме вообще ощущалось что-то не вполне человеческое. Гильза сразу отметил про себя, что ни за что бы не стал жить здесь.

Впрочем, ему никто и не предлагал.

Его пропустили в неприметную дверь «черного хода», поднялись с ним по крутой винтовой лестнице и легонько подтолкнули в спину. Гильза обернулся: сзади, скрипнув, щелкнул замок.

– Да, да? – вяло произнес мужской голос.

Перед глазами была спинка низкого кресла какого-то футуристического дизайна.

– Эдуард Петрович? – проговорил Гильза. – Здравствуйте. Я от ИО.

Кресло бесшумно повернулось.

В нем сидел полноватый мужчина лет пятидесяти, в махровом халате и тапочках. Волосы его были растрепанные и мокрые, по лицу сбегали капельки воды, словно человек только что вышел из душа.

Это лицо показалось Гильзе неуловимо знакомым. Скорее всего, он видел его в новостях.

– Прошу! – хозяин указал на такое же кресло напротив.

Наверное, следовало просто передать то, что сказал Хитрук и поспешить убраться, но предложение хозяина звучало слишком настойчивым. Видимо, он не привык к возражениям.

Гильза послушно уселся напротив.

Хозяин вытер лицо огромным полотенцем, которое тут же небрежно бросил на пол, посмотрел на юношу странным, будто не видящим взглядом.

И заговорил:

– Вот ты – молодой человек. Скажи, только честно, за кого ты голосовал?

Гильза ощутил, как у него вытягивается лицо. Никто еще не задавал ему таких вопросов. Он вежливо ответил:

– Понимаете, у меня с памятью проблемы, и мне…

– Вот! – Эдуард Петрович значительно поднял указательный палец. – Ты даже не думаешь о том, что это – твой священный долг, как гражданина великого государства. Что говорить о тысячах, миллионах твоих сверстников, которые вот так же, как и ты, наплевали на этот священный долг? А потом удивляются, отчего к власти приходят те, кто приходят! Скажи, ты служил в армии?