Так поступают братья. Они прикрывают друг друга с тыла.

Джем вышел из дома во тьму, чтобы провернуть свою операцию, и зашагал по ночному Городу, засунув пакет под мышку. Вороны и причитающие птеродактили сигали вниз с Высот, орали над улицей Банкер-Хилл. Голоса обращались к нему с порогов, из переулков, из углов. Невообразимо древняя старуха, наверняка старше тротуара, на котором она стояла, прошептала ему: «Разберись с ней за нас». А Джем ответил: «Разберусь, мэм».

По площади Памятника он подошел к гранитной пике. Вокруг него летали ночные существа, раскинув рукава, точно крылья — духи мальчиков-служек слетали с церковных чердаков. Их манил небесный перст — радиовышка, круглые сутки передающая сигнал местного радио, прием в голове Джема был мощный и уверенный.

Дуг готовился взлететь. Джем приноровился к его шагу, в ушах у него ревел океан.

Улица Пакард была центром болезни. ФБР — это рак, охвативший Город, а Джем с его делириантом — долбаная химиотерапия. Джем — пожиратель греха, ангел мщения.

В переулке за улицей Пакард он увидел непрозрачное окно ее ванной, приоткрытое на несколько сантиметров — в самый раз. Джем натянул перчатки, посмотрел по сторонам, сунул пакет за ремень.

Он попросил, чтобы его сделали невидимым. Ему не отказали.

Он вскочил на ее сливовый автомобиль, с крыши машины — на кирпичный забор. Джем нащупал ручку на каменном фасаде спящего дома, теперь он мог легко дотянуться до окна. Старое, как окна в доме его матери, держится на соплях — с одного раза можно раму поднять.

Джем попросил, чтобы ему дали хитрости, ночного зрения и бесшумности — и получил все это. Секунду он висел на деревянном подоконнике, держась только руками. Потом поднялся, подался вперед, вынырнул из чрева ночи в комнату и замер на холодной плитке пола.

Ванная — это промежность дома. Кухня — сердце, столовая — желудок, гостиная — легкие. Входная дверь — лицо, гараж — задница.

Промежность была темной и холодной. В раковину на уровне его плеча мерно падали капли. Чувствовался цветочный запах ночного крема.

Видел он хорошо. Джем вытащил пакет из-за пояса — осторожно, чтобы не шуршать. Вынул маску, подцепив пальцем дырки для глаз, выпрямился, поправил черный ремешок на затылке.

«Если ты маски закопал, у нее на нас ничего нет», — всплыли в его голове слова Дуга. — «Конечно, маски я закопал». — «Ну ты так гордился своими шедеврами, что я решил уточнить на всякий случай».

Да пошел ты на хер, Дугги. Умник гребаный.

В зеркале над раковиной белела хоккейная маска с черными провалами глаз и нарисованными шрамами.

Джем вышел из промежности в легкие. На стене пульсировали зеленые цифры электронных часов. Ночная лампочка указывала ему дорогу.

Дверь в спящий мозг оказалась закрыта. Он нащупал ручку обтянутыми перчаткой пальцами и вошел.

Уличные фонари проясняли очертания комнаты. Красные цифры дрожали рядом с кроватью, где ждала она.

Его колено коснулось края матраса — Джем нагнулся над девушкой, прислушиваясь к ее дыханию.

Она ощутила его присутствие. Ноги Клэр дернулись под одеялом. Голова повернулась, разметав спутанные волосы. Сначала она заметила открытую дверь. Клэр убрала волосы с глаз. А потом увидела его.

Искаженное делирием лицо. Она открыла рот, собираясь закричать.

Дуг появился на ее пороге с пакетом «Фудмастера», набитым продуктами. Чувствовал он себя отлично. Было особое удовольствие в том, чтобы отказаться от сиюсекундного порыва, устоять перед желанием ради чего-то большего. Таким был основной принцип «Анонимных алкоголиков», и Дугу пришло в голову, что наверняка так и рождаются религии.

Дверь оказалась приоткрытой, он на мгновение испугался, но разум его быстро успокоил. В Городе многие оставляют двери приоткрытыми, выбежав из дома по срочному делу на минуту-другую. Наверняка на столе оставлена примерно такая записка: «Ушла в магазин за яйцами. Чувствуй себя как дома».

— Ау! — позвал он, постучав в дверь и войдя. — Это я.

Тишина. Дуг прошел по коридору, убеждая себя в том, что зря боится, что опасность ему только чудится.

— Клэр?

Она стояла в гостиной, у дальнего конца дивана, между журнальным столиком и музыкальным центром. На ней были выцветшие голубые джинсы и незаправленная желтая футболка. В руке — радиотелефон.

— Привет, — сказал Дуг, остановившись. В воздухе витало напряжение. — Ты знаешь, что у тебя дверь не заперта?

По ее взгляду он понял, что Клэр в курсе.

— Почему? — спросила она.

Дуг оцепенел. Он поставил пакет на пол.

— Что «почему»?

— Это ты сделал?