— Раненый уполз сам, или его кто-то утащил, — продолжал Метрострой. — Во-о-он туда…

Метрострой указал на кровавую дорожку, ведущую из освещенного пространства к ближайшему ходу.

— Похоже, кровь из него хлестала, как из свиньи. Вряд ли теперь этот подранок, кем бы он ни был, сможет уйти далеко. Нужно догнать его и все выяснить. Колдун, — Метрострой повернулся к Илье. — Зови людей. Объясни, что мертвых здесь нет. Только живые. Живые и… — Метрострой оскалился в хищной улыбке, — …и раненые.

Убедить разведчиков зайти в подметро стоило немалого труда. Но когда они своими глазами увидели кровь на стене, все стало проще. Мосол сбегал обратно на ЦГБ и сумел привести наскоро собранную подмогу. Заодно выяснилось, что заградительный костер в «пушкинском» туннеле уже почти готов и «синие» смогут задержать муранчу, даже если та прорвется с красной ветки. Какое-то время для разведки подметро имелось.

Значительно увеличившийся отряд разведчиков двинулся по отчетливому кровавому следу. Следопыты и стрелки шли впереди. Дорогу освещал комбайн, ехавший за их спинами. Подземелья заполнил лязг гусениц и рокот мотора. Вооруженная группа готова была в любой момент вступить бой.

Чтобы не заблудиться в запутанном лабиринте, на поворотах и развилках они ставили метки заранее припасенными угольками.

Отряд подземных сталкеров уходил все дальше и дальше. Илья осматривал туннели из кабины комбайна. Подземелья не были похоже на метро. Да и вообще на творение рук человеческих они походили мало. Извилистые с гладкими стенками ходы, то расширяющиеся, то сужающиеся… Подметро состояло из множества пещер, пересекающихся друг с другом и уходящих все глубже, глубже. Хотя кое-где встречались норы и ответвления явно искусственного происхождения. Такие мог бы, наверное, вырыть суслик размером с человека.

— Ну и что за байбаки тут живут? — озадаченно пробормотал Метрострой, когда они проезжали мимо очередной дыры, зияющей в стенке широкого хода. — Тоже какие-нибудь мутанты?

О том, что в подземелье якобы хозяйничают мертвецы, никто больше не вспоминал.

Подранка они обнаружили в одной из «сусличьих» нор. Именно туда уводил кровавый крап на полу.

Загонять машину в тесный лаз и расширять его Метрострой не стал. Он остановил комбайн и выключил двигатель.

Пока Метрострой и Илья вылезали из машины, с полдесятка вооруженных бойцов, освещая себе путь фонариками, вошли в нору и вскоре вытащили оттуда… Можно было бы, конечно, назвать «это» человеком. Но язык как-то не поворачивался.

Согнутая спина, сутулые плечи. Какие-то вонючие заплесневелые лохмотья вместо одежды. Босые, грязные до черноты ноги, такие же черные от въевшейся грязи длинные жилистые руки с обгрызенными ногтями. Косматые волосы. Заросшее до бровей и покрытое заскорузлой коростой лицо. Гнилые зубы…

Простреленное плечо туго замотано тряпкой — набухшей от крови и тоже грязной настолько, что заражение чужаку было обеспечено почти со стопроцентной гарантией. Впрочем, вряд ли ему суждено было помереть от заражения. Ослабевшее от потери крови существо еле-еле шевелилось. Судя по всему, грохот комбайна распугал его сородичей, поэтому никто не попытался ни спасти, ни добить раненого.

Обитатель подземелья сидел привалившись костлявой — почти как у Мосла — спиной к холодной стене подземного хода и озирался затравленным взглядом загнанного зверя. Скрючившись и придерживая простреленную руку здоровой, он тихонько поскуливал от боли и страха. В самом деле, чем-то это жалкое подобие человека напоминало сейчас суслика. Больного и умирающего.

— Байбак он и есть байбак, — скривившись, пробормотал Метрострой. И незамедлительно приступил к допросу: — Эй, байбак, слышишь меня?

Незнакомец продолжал скулить, ничего не отвечая. Метрострой легонько наподдал ногой под выступающие сквозь лохмотья ребра.

«Байбак» взвизгнул, вжался в стену.

— Я спра-ши-ва-ю, ты ме-ня слы-шишь? — по слогам повторил вопрос Метрострой.

Скулеж не прекратился, однако пленник часто-часто закивал.

— Ага, стало быть, и слышишь, и понимаешь, — удовлетворенно кивнул Метрострой. И повысил голос: — А? Понимаешь? Отвечай!

— Да-да-да, — в такт судорожным кивкам «задакал» пленник. — Понимаю, понимаю, понимаю. Только не бейте, не бейте, не бейте. Не надо, не надо, не надо.

— Говорящий байбак! — хихикнул стоявший поблизости Мосол. — Супермутант!

— Я сейчас буду задавать тебе вопросы. Ты будешь отвечать, — снова обратился к пленнику Метрострой. — Все ясно?

— Ясно, ясно, ясно…

— Ну, тогда начнем. И начнем мы с самого начала. Итак…

Они начали. Разведчики притихли. Метрострой спрашивал. «Байбак» отвечал на вопросы.

Илья внимательно слушал…

Война загнала под землю не только добропорядочных горожан. И спасением стало не только метро.