Шрифт:
– Уверен в своей силе?! – взревел взбешённый Рене. – Тогда получай!!!
Он взмахнул мечом и бросился на Чёрного Лиса. Тот же одним единственным движением откинул идальго назад.
Нападавший едва удержался на ногах.
– Вижу, мне придётся нелегко! Но ничего!
Идальго снова повторил попытку, и вновь потерпел неудачу.
Время шло. Рене терял силы, а Чёрный Лис по-прежнему оставался неуязвимым. Настойчивость смертного человека безмерно забавляла, ведь Чёрный Лис в любой момент мог растерзать пришельца. Но он медлил, растягивая удовольствие, наслаждаясь происходящим действом и своим могуществом…
Идальго чётко осознавал: перевес – явно не на его стороне. Но он не мог отступить или погибнуть – сие непозволительная роскошь!
После очередной попытки сразить Лиса, он, собрав последние силы, задыхаясь, взмолился:
– Силы Небесные и силы Ада! Я не хочу умереть на краю света! Не по своей воле я оказался здесь! Помогите мне!
И названные силы услышали молитву идальго: храм содрогнулся, затем подземный толчок повторился…
Ночные небеса разверзлись: молния ударила в его вершину… Рене ощутил прилив сил, клинок буквально вспыхнул серебристым светом…
Повелитель Аусталькаля самодовольно улыбался, словно желая сказать: ты – ничто против в меня!
И в этот самый момент храм с огромной силой содрогнулся в третий раз, самоуверенность Чёрного Лиса бесследно исчезла… Рене, едва удерживая равновесие, бросился на него…
Чёрный Лис попытался, как и прежде отбросить охотника, но тот был слишком силён – пламенеющий клинок пронзил ему левое плечо.
Лис схватился за клинок правой рукой, но тот час, вскрикнув, отпрянул… Рене в пылу сражения некогда было думать: отчего клинок обжог руку противника? Он ловким профессиональным движением извлёк его и вонзил снова – на сей раз прямо в сердце Чёрного Лиса. Повелитель Аусталькаля издал душераздирающий крик, схватившись руками за грудь.
Рене ожидал, что хлынет кровь, но, увы…
Лис собрал последние силы и накинулся на противника, ловко увернувшись от меча, и впился ему руками в кирасу, пытаясь разодрать её, словно она вовсе – не из отменной иберийской стали, а – из старой тряпки. Рене ощутил его смрадное дыхание, и, пытаясь освободиться, выронил меч…
Левой рукой он выхватил метательный кинжал из поясных ножен, правой же – пытаясь с трудом дать отпор нападавшему, и вонзил его в сердце Лиса.
Шёл дождь, молнии рассекали чёрное небо. Рене очнулся, почувствовав холод каменных плит и тяжесть, кто-то придавил его сверху, – на нём лежало бездыханное тело Чёрного Лиса.
Откуда-то издалека донёсся голос:
– Идальго! Идальго!
Шаги отчётливо приближались…
– Вот он! – воскликнул Бертран. – Помогите мне, дон Рамирес! Кажется, он жив!
Над идальго склонились двое… Затем подхватили его и понесли, спускаясь по ступеням храма…
– Слава Богу! Вы живы! – воскликнул дон Рамирес.
Рене смотрел на командора широко раскрыв глаза, пытаясь осознать происходящее.
– Дон Рене, наконец-то всё закончилось! – профессор утирал слёзы и назойливые капли дождя окровавленным рукавом. – Отец Николас… Мои жёны… – он поперхнулся, слова встали комом в горле. – Они погибли… Их растерзали эти чудовища…
– Нам всем пришлось нелегко. Большинство моих людей погибли… – Бертран взглянул на небо, занимался рассвет. – Мне пора возвращаться – светает…
Рене попытался освободиться из объятий командора и Бертрана.
– Благодарю вас, я сам… Мне уже лучше… Что с Чёрным Лисом?
– Меткий удар в сердце! – констатировал дон Рамирес.
Идальго обвёл взором оставшихся в живых: все они были изранены, досталось даже профессору.
– Мой меч! – Рене машинально схватился за ножны.
– Мы не решились прикоснуться к нему. – Признался командор. – Он остался там, рядом с телом Лиса.
– Признайтесь дон Рамирес: вы не спали в ту ночь?
– Увы, идальго, – это так. Я невольно слышал ваш разговор с тем таинственным визитёром и знаю, насколько опасен сей меч. Но поверьте, испанская инквизиция ничего об этом не узнает. Даю вам слово чести.
Рене развернулся и направился обратно к храму: меч притягивал его к себе…
Теперь они – единое целое.
Эпилог
Три месяца спустя
Идальго Рене Альварес ди Калаорра и дон Рамирес ди Саллюста спустились с борта каравеллы «Святая Изабелла» на землю Испании. Они с удовольствием ощутили под ногами твёрдую почву и, обведя взглядом порт, поняли: как соскучились по простой повседневной жизни. Вдохнув воздух Испании, они заметили нескольких девушек в пёстрых нарядах, те явно раздавали авансы матросам и торговцам с пришвартовавшихся судов.