— Они уносят наши деньги, Патрик! Они их уносят!

— Ах, это… — Патрик отмахнулся и убрал пистолет за пояс. — Я уже сказал ребятам, их разденут на другой улице.

— Но они должны остаться живыми, этот парень носит хорошие вещи!

— Да знаю, первый раз, что ли. Дадут разок в морду, и все дела.

Тем временем Ферлин, оказавшись на улице, остановился и стал осматриваться.

— Ну что, Ферлин, ты не продешевил? — шепотом спросил Джек, боясь говорить громче.

— Не продешевил. Больше здесь все равно не дадут.

— А почему?

— Потому что они больше всех рискуют. Когда эти крысы разозлят корпорацию, их прямо здесь всех положат.

— Прилетят на дискораме?

— Да на чем угодно. Вот что, Джек, назад мы пойдем не по улице.

— А как? — спросил Джек, удивленно озираясь, ведь идти в город можно было лишь в одну сторону, в другой был тупик из-за осыпавшихся руин.

— Идем в развалины, — сказал Ферлин и направился в тупик, как будто желая справить нужду, тем более что, судя по запаху, это место здесь так и использовали.

Не до конца понимая, чего испугался компаньон, Джек тем не менее пошел следом за ним. Зайдя в загаженные развалины и скрывшись от посторонних глаз, они прибавили ходу. Ферлин сказал Джеку, чтобы «смотрел в оба».

Преодолев несколько осыпей, они пролезли в оконный проем и оказались в другом квартале, имевшем такой вид, будто он подвергся бомбардировке с последующим разграблением.

— Что это, Ферлин?

— Это тоже Нур, приятель. А теперь бегом, как тогда у болота!

И Ферлин побежал, а Джек побежал следом. Он все еще не понимал, от кого они бегут, однако понемногу начинал бояться.

Несмотря на то что бежали они быстро, то и дело преодолевая какие-то препятствия и взбираясь по осыпям из битых кирпичей, это было не так тяжело, как на болотах. К тому же там над ними висела дискорама, а здесь только пыль и запах отхожего места.

Они бежали минут десять, затем Ферлин остановился и стал прислушиваться.

— Ну что, у нас получилось? — спросил Джек, переводя дух.

— Пока да. Теперь пойдем туда. — Ферлин махнул рукой, указывая направление, но Джек только пожал плечами. Здесь он совершенно не ориентировался.

Вскоре они выбрались из руин на городские улицы и пошли вдоль торговых рядов, где Джек получил от Ферлина приличных размеров булочку, обсыпанную сахарной пудрой.

— А может, за нами никто и не гнался? — спросил Джек, когда они шли недалеко от парка и вербовочной конторы. Булка была съедена, и он чувствовал себя, как беззаботный отпускник.

— Может, и не гнался, но на случай, если бы кто-то гнался, мы провели обманный маневр. Понятно?

— Понятно. Ты ведь уже учил меня, как нужно заранее все приготавливать, как отступать и прятаться. А теперь вот — маневры…

— Пошли быстрее, — сказал вдруг Ферлин и, взяв Джека под локоть, потащил за собой. — Быстрее, Джек, они нас нашли…

— Кто?

— Те парни сзади…

Джек оглянулся и увидел человек семь обитателей окраинных кварталов, которые, словно военный отряд, шагали по тротуару, вперив взгляды в Ферлина и Джека.

Они производили неприятное впечатление, прохожие шарахались от них в стороны, а лавочники прикрывали кассовые коробки.

— Кто они, Ферлин?

— Думаю, их послали из швейного предприятия. Кларк или как его там. Давай, прибавь шагу, а то они несутся, как локомотив…

Джек оглянулся — и действительно, дистанция до преследователей сократилась, да они еще прятали что-то в карманах, возможно, оружие.

Скоро пешая гонка снова перешла на бег, и Джек понесся за старшим компаньоном, а бандиты побежали следом, то рассыпаясь поодиночке, то снова сбиваясь в кучу.

— Давай туда! — крикнул Ферлин, указывая на стоявшего у входа в здание полицейского, и Джек первым заскочил в спасительную дверь, не сразу поняв, что оказался в приемной вербовочного пункта.

Они постояли, переводя дух и осматриваясь. Со всех сторон на них с плакатов смотрели воины с мужественными лицами и приглашали «восстановить справедливость», сражаясь в рядах корпоративных армий, называемых чрезвычайными экспедициями.

Неожиданно чуть дальше по коридору открылась дверь туалета, и оттуда вышел седой майор-отставник. Он комкал в руках бумажное полотенце и вполголоса бранил некоего Бравнера, который уже полгода не может отремонтировать сушилку для рук.