Хрипа оглянулся на меня и спросил:

– Что дальше?

– Входи внутрь и кричи побольше.

Через выбитую дверь недружной толпой разбойники втискиваются в здание, где уже находятся две наши штурмовые пятёрки, а я следую за ними. Что сказать про Биржу? Особо-то и расписывать нечего – большой зал и конторки, столы и куча деловой документации на полках рядом с ними, а встроенные в потолок лампы освещают помещение неярким светом. Самая обычная деловая обстановка. И только испуганные служащие, ничком лежащие на полу, всем своим видом говорят о том, что здесь что-то не так, как всегда. В здании при этом тихо, а бой идёт во дворе и на улице.

– Где? – спрашиваю я одного из командиров пятёрок.

Он понимает, о чём мой вопрос, и молча кивает на коридорчик, который упирается в мощную резную дубовую дверь. Двигаюсь в указанном направлении, по нескольким крутым ступенькам спускаюсь в большой и просторный полуподвальный кабинет и обнаруживаю наши цели. Здесь вокруг круглого стола расположились семеро испуганных происходящими событиями предпринимателей средней руки и сам глава Биржи Юрий Белов.

В отличие от своих гостей местный хозяин абсолютно спокоен. Седоватый мужчина чуть старше пятидесяти лет, одетый в тёмно-синий дорогой костюм из последней коллекции столичного магазина «Анастасия». Короткая стрижка горшком, небольшая бородка и аккуратно подстриженные пышные усы. Откинувшись на высокую спинку кресла, из-под полуопущенных век Белов наблюдает за моими воинами, которые стоят вокруг стола. И кажется, что ничто в этом мире его не интересует. Эдакий уставший от жизни и всё повидавший на своем веку человек, который прекрасно осознает, что его конец близок и он не в состоянии хоть что-то изменить.

– Старший, – обращаюсь я к Крепышу, лицо которого, так же как и у всех моих бойцов, скрыто чёрной маской, – доклад!

– Документы у нас! – Сержант кивает на вскрытый тяжёлый сейф, стоящий в углу помещения.

– Работаем! – даю я команду, и помповое ружьё с моего плеча опускается на уровень груди.

Нажимаю на спуск, и ствол оружия выбрасывает из себя заряд крупной картечи, которая превращает голову Юрия Белова в кровавое месиво из костей и мозгов. Ко мне подключаются бойцы, звуки выстрелов ружей гулко бьют по барабанным перепонкам, а всё вокруг заволакивает сизая пороховая гарь.

Спустя полминуты воины проверяют трупы и докладывают:

– Чисто!

– Чисто!

Звучит одиночный выстрел, одно из тел на полу резко дергается, и снова то же самое слово, что и у остальных:

– Чисто!

– Старший, командуй отход! – Развернувшись на выход, я покидаю место сбора заговорщиков, а позади меня на стол, за которым всего двадцать минут назад в то время ещё живые люди решали свои важные вопросы, летят бутылки с зажигательной смесью.

Снова я оказываюсь в основном зале Биржи. Здесь идёт самое настоящее театрализованное представление, в котором Хрипа – ведущий актёр. Разбойный вожак в сопровождении своих бандитов носится от одного конторского служащего к другому, поднимает их с пола и выкрикивает:

– Где золото, где ваша казна?!

– У нас только бухгалтерия и ценные бумаги, – отвечает ему очередная жертва, пожилой дедушка со смешными круглыми очками, которые сползли ему на нос.

– А-а-а! – в бешенстве ревёт Хрипа, бросает старика и мчится к другому человеку.

– Босс! – Я останавливаю его. – Пожар! Надо срочно линять! Бежим! Здесь пусто! Тофа нас обманул, никакого золота здесь нет!

Разбойник и его люди на миг замирают, и Хрипа, повернувшись к своим людям, машет рукой на выход:

– Братва, айда на улицу!

Все вместе – бандиты и мои люди – покидают здание Биржи. Конторские работники ещё внутри, выберутся только тогда, когда припечёт, а раз так, то самое время разобраться с разбойниками. На площадке перед зданием уже стоят пластуны Игнача, и у каждого трофейный ствол, карабин СКС или наган. По плану именно на них ложится ответственность за людей Хрипы.

Мои воины, выхватив из толпы вожака, отходят от бандитов, и казаки открывают огонь. Основная группа движется в сторону недалёкой придорожной рощи, где мы сидели в засаде, а люди Игнача прикрывают нас и растаскивают тела уничтоженных «лесных братьев» по площадке. Заодно пластуны оставляют им снаряженное оружие, несколько гранат и сумку бутылок с зажигательной смесью. Сейчас пожар разгорится, большая часть улик исчезнет, и останутся только работники Биржи, которые видели Хрипу, наполовину обугленные тела разбойников, слухи и труп майора Тофикова, который завтра найдут на окраине Крымска.

Задача выполнена, все приличия соблюдены, и теперь можно возвращаться домой. Два дня пешего хода на юго-восток в сторону Крюковского водохранилища, где нас подберут грузовики, и всё, что нам останется, – это проследить со стороны за тем, как поведут себя люди Беловых. Если начнут усердствовать в расследовании, значит, клан затаил зло, а если примут версию про потерявшего берега Хрипу, с подачи Тофы осмелившегося напасть на Биржу, то можно относительно спокойно жить дальше.

Ночь. С тёмного неба посыпал густой снег, первый в этом году. Хорошо. По такой погоде идти легко, а до Крюковского водохранилища путь неблизкий, и на большой привал времени не будет.

День не задался с самого утра. Только я позавтракал, как раздался звонок с тренировочной базы отряда в Гвардейском. Калуга доложил, что один из наёмников, ловкий парень с необычным в наших краях именем Юрген, смог проникнуть в контору, где хранилась часть отрядной казны, восемь сотен золотых, взломал замки на ящике с деньгами и, похитив денежные средства, покинул территорию части.

У Юргена была фора в три часа. Но далеко он уйти не сможет, так как за ним в погоню рванулись сразу четыре десятка бойцов, и мой казначей клялся, что в течение суток проблема с вором будет решена. И мне хочется в это верить. Но деньги – не самое главное, а вот что боец может попасть в руки территориалов или сотрудников ГБ, со счетов сбрасывать не надо. Вряд ли этот наёмник из Невинномысска что-то видел, что ему видеть не положено. Но это удар по репутации и широкая огласка того факта, что купец Мечников имеет своё собственное военизированное подразделение. И хотя в этом нет ничего страшного, у нас всё по закону, пока об этом знает ограниченный круг людей, и меня это полностью устраивает.