Миссис Армистед изобразила на лице глубокое беспокойство, что не представило для нее труда, поскольку на этом этапе она отождествляла успех госпожи со своим.

Миссис Робинсон подобрела к служанке. Армистед — достаточно хорошая служанка, чтобы ей можно было довериться.

— Меня сегодня оскорбили,— сказала Мэри. — Выставили из Ковент-Гардена. Приказали уйти. Словно... словно...— Ее губы задрожали. — Я жалею о том, что пошла туда.

— Но, мадам, принц, несомненно...

— Принц ничего не мог поделать. Я даже сомневаюсь в том, что он понял происходящее, прежде чем все закончилось.

— Мадам!

— Ты вправе выглядеть изумленной, Армистед. Я никогда еще не чувствовала себя такой униженной.

— Но кто посмел, мадам?

— Король. Все очень просто. Его конюший явился в мою ложу. «Приказ Его Величества, мадам. Он больше не нуждается в вашем присутствии здесь. Мне велено проводить вас до кареты». И он сделал это.

— Значит...

Лицо Мэри смягчилось.

— Принц слишком явственно демонстрировал свое увлечение мною. Я признаю, что это было очевидно. Король» должно быть, это заметил. Поэтому он удалил меня оттуда. Я глубоко сожалею о том, что подставила себя.

— Мадам, я уверена, это только усилит любовь принца к вам.

— Не знаю. Но в одном я уверена. Я никогда не поставлю себя снова в такое положение.

— Завтра это покажется не столь унизительным. Позвольте мне помочь вам лечь в постель и принести чашку горячего шоколада. Это вас успокоит.

Миссис Робинсон села перед зеркалом; миссис Армистед распустила ее темные волосы и подала госпоже ночную рубашку.

— Мадам, через несколько минут шоколад будет готов.

Готовя шоколад, Армистед думала: «Что мнят о себе эти актрисы! Неужто она надеется, что принц женится на ней и сделает королевой Англии? Думает, что король даст свое согласие на это? А мистер Робинсон? Как избавиться от него? Но, по-моему, наша дорогая леди не считает это невозможным».

Армистед попробовала шоколад. Восхитительно! Она понесла чашку в комнату госпожи.

Миссис Робинсон сидела в постели, ее щеки все еще гневно горели.

— Вот, мадам. Выпейте это.

Армистед протянула ей чашку и подняла брошенные перья и платье.

— Убери это прочь,— сказала миссис Робинсон.— Я не желаю их видеть.

В своей комнате миссис Армистед приложила к себе бело-серебристое платье и рассмотрела свое отражение. Потребуются небольшие изменения. Она поднесла перья к своим темным волосам. Очень красиво! Возможно, к какому-нибудь будущему свиданию...

На следующий день прибыл лорд Мальден. Он доставил письмо и пакет от принца.

— Его Высочество весьма огорчен происшедшим в Ковент-Гардене,— сказал Мэри лорд Мальден.— Все общество заметило, как он разозлился. Когда вы покинули ложу, он сильно расстроился.

Миссис Робинсон склонила голову; она не отводила глаз от письма, которое хотела прочитать.

Лорд Мальден вручил его актрисе. Оно было адресовано «Дражайшей и красивейшей Утрате». Принц просил о встрече. Внизу стояла обычная подпись — Флоризель.

Лорд Мальден наблюдал за читающей миссис Робинсон. Потом он отдал ей пакет. Она ахнула от радости, увидев его содержимое. Там находилась восхитительная миниатюра с изображением принца Уэльского работы Мейера. Нежные краски подчеркивали его красоту. Принц вырезал из бумаги сердечко; на одной его стороне было написано по-французски: Jenechangege'enmourant,на другой — вольный перевод на английский: Верен моей Утрате навеки.

— Теперь, мадам,— сказал лорд Мальден, — вы не сомневаетесь в преданности вам Его Высочества?

Она призналась, что не сомневается, но в то же время считает, что им не следует встречаться.

— Его Высочество никогда не смирится с таким решением.

— А если король узнает о нашем свидании?

— Мадам, в августе принцу исполнится восемнадцать лет. Он получит собственный дом. После восемнадцатилетия его нельзя будет держать в Дауэр-хаусе в Кью.

— Август!—вздохнула миссис Робинсон.— Это так не скоро!

— Нет нужды ждать до августа.

— Вы были в Ковент-Гардене, милорд. Вы видели мое позорное изгнание.

— Мадам, принц никогда не допустит, чтобы вас изгнали из его жизни.

— Думаю, до совершеннолетия ему придется подчиняться отцу. Скажите принцу, что я восхищаюсь им, ценю его подарок и буду беречь его вечно. Однако я советую проявить благоразумие.

— Говорить о благоразумии влюбленному, мадам! И такому влюбленному!

Она отвернулась со вздохом. Затем, глядя на миниатюру, нежно улыбнулась.

Лорд Мальден отправился к своему господину, чтобы сообщить ему об этом.