Шрифт:
– Ворует у него? – изумился Влад.
«Да, – подтвердил голос. – И прячет в старом носке за батареей».
– В носке?!
«Ну да».
Хихикая, Влад вошел в комнату, дверь в которую была открыта. Музыка исторгалась из колонок дорогой стереосистемы: «Кинг Даймонд» разразились быстрым гитарным соло.
– Мне нравится, – Влад изобразил игру на воображаемой гитаре и добавил громкости,
«Неплохо, – сказал голос. – Хотя я лично предпочитаю Металлику».
Самый богатый носок в мире оказался именно там, где и указал голос – втиснутый между стеной и предпоследним коленом батареи. В нем хранилось около семисот долларов. Когда Влад, сидя прямо на полу, заканчивал подсчет, сзади что-то грохнулось на паркет, и он невольно подскочил. Под окном лежал какой-то предмет, завернутый в бархатистую зеленую тряпку. Похоже, доставая носок, Влад потревожил чего-то еще, спрятанное за радиатором, и теперь оно выпало.
«Сюрприз», – прокомментировал голос.
Вещь в суконке казалась достаточно тяжелой, чтобы размозжить чью-то башку. Но, развернув сверток, Влад обнаружил нечто, чего совсем не ожидал – немецкий «парабеллум».
– Он заряжен? – Влад разглядывал лежащую на середине сукна находку, как грибник, споткнувшийся о странный нарост в лесу и не знающий, что же ему теперь с этим делать.
«Полная обойма, – сообщил голос. И добавил: – Тебе хватит».
«Хватит?» – удивился про себя Влад, однако через секунду его внимание вновь целиком переключилось на «парабеллум».
«Добротная немецкая машинка», – как бы между прочим заметил его невидимый друг.
Влад собирался было опять завернуть пистолет в суконку, но передумал и сунул его в карман так. Потом с мимолетным беспокойством посмотрел на грязные следы от своих ботинок и вернулся в коридор.
«А деньги?» – напомнил голос.
– Ах, черт! – хлопнул себя по лбу Влад: они неаккуратной стопкой остались лежать на полу.
Выходя из комнаты, он посмотрел на дверь с другой стороны коридора и решил, что при несколько иных обстоятельствах он произвел бы здесь более серьезный шмон. Где-то, возможно, еще хранилась значительная сумма наличных, например, в личных владениях старшего брата. Но – Влад перевел взгляд на лежащее в коридоре мертвое тело – обстоятельства единогласно выступали за срочное возвращение секретного агента на базу; основная миссия успешно выполнена, впереди его ждет заслуженный отдых, развлечения и, кто знает, даже медаль. Да и голос ничего не упоминал об этом.
Но и не утверждал обратного, верно?
Вижу новый объект, сэр. Влад толкнул дверь… и вдруг на глаза словно упала черная вуаль, его резко шатнуло и увлекло вслед за открывающейся дверью…
Туп, туп, туп…
Он открыл глаза, вспомнил, где находится, и прислушался. Ему показалось, что кто-то ходит в сером полумраке квартиры. Правое плечо и правая рука затерпли от долгого лежания на полу. Вроде бы он только что собирался перешагнуть порог этой комнаты… и вот уже она погружена в сумерки наступающего вечера – теперь Влад мог различить лишь контуры окружающих предметов.
В квартире висела такая же мутно-серая тишина: молчала стереосистема, молчали стены (Влад впервые открыл, что их молчание способно проявляться в качественно ином значении), не было слышно даже тиканья часов. Только шаги.
Будто кто-то неспешно совершает обход владений.
Вот скрипнуло за изгибом коридора в направлении кухни, где темнота свободно расправила мохнатые крылья. На секунду-две шаги замирают.
И снова: туп, туп, туп…
В сторону комнат.
Влад осторожно перевернулся на спину и приподнялся на локтях, глядя в темный дверной проем; одна нога до лодыжки выставлялась в коридор, он подтянул ее к себе, покрываясь мурашками от шуршания каблука по паласу.
Ничего. Ни звука.
Он перевел дыхание.
И опять: туп, туп…
Совсем близко, но ничего не видно, будто по квартире гуляет невидимка.
Туп, туп…
Может, подумал Влад, это тот, кому принадлежал голос? Или… Он вдруг вспомнил о теле дружка Стаса, что лежало в коридоре в двух шагах от этой двери… если все еще лежало. Влад напряженно улыбнулся в быстро сгущающихся сумерках. Нужно было сваливать отсюда. К тому же, в любой момент мог вернуться Старший Брат.
Влад проверил карманы, все ли на месте, и медленно поднялся на ноги. Его слегка шатнуло, но и только. Выйдя в коридор, он снова прислушался: а если хозяин уже вернулся? Что, если он стоит сейчас прямо за его спиной, чтобы поставить точку на всей этой игре? И на нем тоже. А?
Он шагнул к входной двери, обо что-то споткнулся и упал, раскинув руки. Одна влезла пальцами в какую-то щель – мягкую и влажную, с твердыми краями… О Господи, РОТ! Он чувствовал еще теплый податливый язык, скользкий от остывающей слюны и печеночного паштета – густой дух лизнул обоняние Влада, упруго отдался в желудке – и его стошнило. Теперь, судя по всему, оба рукава его куртки обладали собственным характерным букетом – собачьего дерьма и блевотины.