— Она знает это, — заверила его Сьюзен. — Франни спросила меня, как повела себя Дайана, когда я спросила, не пойдет ли она туда по нашей просьбе. Она восприняла это предложение нормально, но заметила, что если бы мы остались с теми мужчинами… помнишь, как вы нашли нас, Стью? — Он кивнул. — Если бы мы остались с ними, то были бы либо растерзаны, либо все равно оказались на Западе, потому что они шли именно в этом направлении… по крайней мере, когда были достаточно трезвы, чтобы читать дорожные указатели. Дайана сказала, что думала над своей ролью в Зоне, и пришла к выводу, что ее место снаружи. И еще она сказала…

— Что? — спросила Франни.

— Что она постарается вернуться, — довольно резко закончила Сьюзен и замолчала. Остальное, сказанное Дайаной Юргенс, касалось только их двоих, и об этом незачем было знать даже членам Комитета. Дайана отправлялась в разведку с десятидюймовым ножом, который крепился к ладони. Если резко сжать кулак, сработает пружинка — опля! — и у нее внезапно вырастет шестой обоюдоострый палец длиной в десять дюймов. По ее мнению, большинство мужчин там даже не успеют ничего понять.

«Если он суровый диктатор, тогда, возможно, он единственное, что держит его людей вместе. Если он исчезнет, тогда они, возможно, начнут бороться за власть и плести интриги. Если он умрет, возможно, для них это будет означать конец. И если я подойду к нему достаточно близко, Сьюзен, то пусть он зовет на помощь своего дьявола».

«Они убьют тебя, Дайана».

«Возможно. Но, может быть, и нет. Возможно, это стоит удовольствия видеть, как его кишки вылезают наружу».

Возможно, Сьюзен могла бы остановить Дайану, но она даже не попыталась. Она успокоила себя тем, что взяла с Дайаны обещание не отходить от первоначального сценария, если только не представится исключительно удобный случай. Дайана согласилась, а Сьюзен не думала, что такой случай подвернется ее подруге. Флегга хорошо охраняют. И все же три ночи после того, как она предложила своей подруге отправиться на запад в качестве разведчика, Сьюзен плохо спала.

— Вот так, — сказала она остальным. — Я уже пришла. Спокойной ночи, друзья. — И она пошла к дому, засунув руки в карманы куртки.

— Она постарела, — произнес Стью.

Ник что-то быстро написал и протянул всем открытый блокнот. «Как и все мы» — было написано там.

Когда следующим утром Стью направлялся на электростанцию, он увидел Сьюзен и Дайану, едущих на велосипедах по Каньон-бульвару. Он помахал им рукой, и они подъехали. Он подумал, что вряд ли видел Дайану такой привлекательной, как в это утро. Волосы ее были перехвачены ярко-зеленым шелковым шарфом, на ней были утепленный кожаный плащ, джинсы и фланелевая рубашка, к багажнику был прикреплен спальный мешок.

— Стюарт! — Улыбаясь, она помахала ему.

«Лесбиянка?» — с сомнением подумал он.

— Я так понимаю, вы собираетесь совершить легкую прогулку, — улыбнулся он.

— Конечно. И ты сегодня не видел меня.

— Нет, — ответил Стью. — Не видел. Куришь?

Дайана взяла «Мальборо» и прикурила.

— Будь осторожна, девочка.

— Постараюсь.

— И возвращайся назад.

— Надеюсь.

Они смотрели друг на друга в ярком утреннем свете конца лета.

— Позаботься о Франни, приятель.

— Обязательно.

— И хорошо выполняй свои обязанности полицейского.

— Думаю, что справлюсь.

— Ну что, поехали, Сюзи? — Дайана отбросила сигарету.

Сьюзен кивнула, натянуто улыбаясь.

— Дайана?

Она взглянула на него, и Стью нежно поцеловал ее в губы.

— Удачи тебе.

Она улыбнулась:

— Тогда нужно сделать это дважды, чтобы мне действительно повезло. Разве ты не знаешь?

Он снова поцеловал ее, более медленно и основательно. «Лесбиянка?» — снова подумал он.

— Франни счастливая женщина, — сказала Дайана. — На мое мнение можно положиться.

Улыбаясь, не зная, что ответить, Стью переминался с ноги на ногу. В двух кварталах впереди переехал перекресток один из оранжевых самосвалов команды Чеда Норриса. Пора.

— Поедем, детка, — сказала Дайана.

Удаляясь, они становились все меньше и меньше, а Стью молча смотрел им вслед.

Сьюзен Штерн вернулась через два дня. Она проводила Дайану до Колорадо-Спрингс, долго смотрела, как та удаляется, превращаясь в едва различимую точку, a. затем растворившись за горизонтом. И тогда Стью заплакала. Заночевав на окраине маленького городка под названием Моньюмент, она проснулась глубокой ночью от душераздирающего воя, исходившего из дренажной трубы под грунтовой дорогой.