Шрифт:
Да, нужно сворачиваться.
Он уже кое-что придумал.
Глава 3. Отец и дед
Достаточно ли крови потомка, чтобы воскресить предка? Как будет происходить воскрешение мертвых? Нужны ли для этого кости? Как воскреснут те, чье тело было сожжено? Чьи кости двинутся под землей по направлению к Иерусалиму? Хорошо ли все представляют, какой путь им предстоит?
Максим пил, пил, видел скелеты, шагающие под землей, под Черным морем, под Малой Азией… и вдруг вспомнил, что отыскал могилу деда, погибшего на фронте. И он поразился тому, что мог об этом забыть. А было так.
В начале декабря Макс набрал номер отца.
– Папа?
– Да, сын. Здравствуй.
– Ты можешь говорить, не занят?
– Слушай, я на ланч собрался, давай через час созвонимся?
– О’кей. А я пока пошлю тебе письмецо, изложу суть дела, – сказал Максим и положил трубку.
Он набрал в строке поиска Подольского военного архива «Семен Николаевич Покровский», кликнул, сохранил загрузившийся скан отчета о боевых потерях и послал его отцу.
Через час набрал его номер.
– Папа?
– Привет, сын, привет. Как дела?
– Как сажа бела. Открой почту, посмотри от меня письмо.
– Так… Вижу.
– Это список боевых потерь, куда вписан наш дед. Читай.
– Подожди. Номер записи… Покровский С.Н. 1915 года рождения, Ординский район. Призван в городе Кунгур. Откуда это?!
– Читай, читай.
– …Старший лейтенант 717-го стрелкового полка Речицкой дивизии – 170-й стрелковой дивизии 48-й армии 1-го Белорусского фронта. Погиб в бою 1 января 1944 года. Похоронен в деревне Страковичи Паричского района Гомельской области, Белоруссия… Где ты это нашел?
– Министерство обороны наконец выложило на свой сервер весь Мемориальный архив, все данные о потерях. Включая раненых, пропавших без вести и попавших в плен.
– Не может быть… Почему они раньше этого не сделали?.. Мы с матерью, твоей бабушкой, несколько раз посылали в Подольск запрос, нам отвечали только, что дед погиб под Гомелем…
– Скоро Новый год. Съездим?
– Куда съездим?.. Когда?
– К деду на годовщину. Ты ведь все равно на Рождество никуда не летишь…
– Как раз лечу. В Калифорнию.
– Папа. Вдумайся. Сколько раз бабушка ездила в Белоруссию, чтобы найти могилу деда?
– Три. Два раза я с ней ездил.
– И теперь, когда стало известно, где похоронен дед, тебе безразлично? Хотя бы в память о матери. Она любила деда. Никогда не отмечала Новый год.
– Да…
– Давай слетаем. Расходы беру на себя, – Максим глотнул виски.
– Я подумаю.
– Нечего думать. Вообще-то это чей отец? Твой или мой? Я бы на твою могилку съездил.
– Не хами.
– Я еще кое-что узнал. В списке потерь за тот же день имеется некто Мирошниченко. Он повторил подвиг Матросова. Звание Героя Советского Союза ему присвоили посмертно. Вот откуда началась цепочка моих разысканий. Есть описание боя, в котором погиб дед. Мирошниченко был командиром разведвзвода.
Под Новый год командованию понадобилось улучшить боевые показатели. Мирошниченко послали разведать место будущей операции. Предполагалось освободить часть села Печищи. Надеялись поздравить немцев: захватить врасплох.
31-го числа Мирошниченко у линии обороны на подступах к Печищам обнаружил три дзота. Четвертого он не заметил. Ночью разведрота вместе со взводом автоматчиков, которым командовал дед, отправилась навестить фрицев. Они шли мимо того четвертого дзота, который не заметил разведчик. Заработал пулемет.
Бойцы – кто выжил – залегли, врылись в снег. Приближался рассвет. На свету, с пятнадцати-двадцати метров их перестреляют, как куропаток. Мирошниченко понял, что головы ему и так не сносить. Он рванулся к дзоту. Пулемет был на мгновение закрыт, и этого хватило еще одному смельчаку, чтобы забросать дзот гранатами. Когда дед погиб, неясно. Или в самом начале, или он лежал вместе со всеми несколько часов в заснеженных потемках, ожидая участи.
– Откуда ты все это знаешь?
– Я нашел в одной белорусской газете воспоминания о Мирошниченко.
Мемуары бойца, который бросился на дзот вслед за ним и успел швырнуть гранату. Агитотделы пропагандировали жертвенное геройство в войсках. Список бойцов, которые повторили подвиг Матросова, насчитывал к 1945 году больше двух сотен фамилий. Едем?
– Ты и описание боя нашел, и место захоронения… Удивительно.
– Мир меняется, папа. Мир становится прозрачней, ближе.