И вот, прошлым летом она начала все заново во второй раз. Теперь у нее была интересная работа, заочно Жанна училась в институте, жила на съемной квартире и ни за что не хотела брать денег у своего мужа, который предлагал купить ей квартиру. Ее зарплаты едва хватало, чтобы оплатить съемное жилье, учебу и как-то свести концы с концами. Жанна боялась, что может вдруг лишиться работы.

Спустя полгода она живет одна, учится, работает. Они с Сергеем расстались, но официально развод еще не оформили. Он вообще не принимает поспешных решений. С первой женой промучился пятнадцать лет, но ни разу даже не заговорил о разводе. Такой уж он человек. Звонит ей, сообщает новости. Будто ничего не случилось, будто уехала в длительную командировку. Но обязательно вернется.

А Жанна… Жанна вдруг начала по нему скучать. Уйдя из дома, она всерьез решила начать новую жизнь, встречаться с мужчинами, своими ровесниками или чуть старше. Но на первом же свидании почувствовала скуку. Нет, ей не двадцать пять. Между ней и этими мальчиками лежит глубокая пропасть.

До сих пор она могла тайком идти минут десять за компанией двадцатилетних девушек, беззаботных, смеющихся, одетых в обтягивающие джинсы и топики, и наслаждаться. Она, Жанна, такая же! Молодая, красивая, беззаботная! В обтягивающих джинсах по бедрам, с плоским животом, виднеющимся из-под короткой маечки. И на нее тоже смотрят, ею любуются. И никто ни за что не догадается, что было до того. Сколько операций ей пришлось сделать, сколько лечиться, чтобы быть сейчас такой, как все. Нормальным, полноценным человеком. Они не понимают своего счастья, потому что оно не в муках досталось. Счастья быть такой же, как все. И все-таки оно того стоило! Смотрите, любуйтесь! Я такая же!

Но потом выяснялось, что и не такая. Слушая своего собеседника за ужином в ресторанчике, она ловила себя на мысли, что относится к его словам снисходительно. Мол, давай, мальчик, свисти. Что такое настоящие проблемы, ты не знаешь. И как бы ты повел себя в ситуации, когда надо вытаскивать из тюрьмы любимого человека, а еще и года не прошло, как тебе была сделана последняя операция? Да, и такое в ее жизни было. Сергея обвиняли в убийстве и на этот раз улики у следствия были весомые. Ей пришлось бегать по инстанциям и даже провести собственное расследование. Но характер у Жанны был бойцовский. С тех пор прошло пять лет. Так неужели она разучилась бороться за себя, за свое счастье?

Она все никак не могла прийти в состояние полной гармонии, когда собственная правота не ставится под сомнение. Когда нет бесконечных терзаний: а правильно ли я поступила? А получится ли у меня? А не лучше было бы оставить все, как есть?

В результате за полгода в квартире у Жанны так и не побывал ни один мужчина. Она все никак не могла решиться и прощалась со своими кавалерами у порога. А потом не отвечала на звонки. Даже для Игоря, своего первого мужчины, к которому не уставал ревновать муж, она не сделала исключение. А тот постоянно напрашивался в гости. Она и сама не понимала, что происходит. Или полгода — срок слишком маленький? Для того чтобы почувствовать себя свободной женщиной, ощутить вкус жизни? Пока на губах только горечь. Свободна, но несчастлива. Опять не получается. Ну сколько же можно писать черновик? Пора жить набело!

«Я ищу себя, — засыпая, думала каждый раз Жанна. — И у меня все получится. Нужно терпение». И в который раз: «Терпение…»

После того, как она сделала признание, в приемной ненадолго повисла пауза. Лида кусала губы, Артур напряженно о чем-то раздумывал, а Иван пристально смотрел на девушку и молчал. Жанна покраснела.

— Подумать только! — зло сказала вдруг Анжелика. — Я была уверена, что это написал наш красавчик! И что он никогда в жизни не признается!

— Поэтому вы с такой уверенностью взяли авторство на себя? — усмехнулся Иван.

— Я же говорю, что она врет! — возбужденно сказал Артур. — Все время врет! Жанна, почему ты сразу об этом не сказала?

— Мне было стыдно. Меня не так воспитывали, — тихо добавила она, — чтобы вслух это обсуждать.

— Маленькая дрянь! — Анжелика вытащила из пачки последнюю сигарету. — Как ты меня подставила!

—Ив самом деле: есть чего стыдиться, — высказалась и Лида. — У молодых девушек теперь нет ни стыда, ни совести. Такое написать! Я вот до сих пор стесняюсь смотреть фильмы, где есть откровенные сцены. Ну слишком уж откровенные. А эта… — И Лида осуждающе покачала головой.

На этот раз Анжелика не стала обвинять ее в ханжестве.

— А может, ты врешь? — подозрительно спросила она.

— Я сейчас все объясню, — торопливо сказала Жанна. — Лида, вы напрасно на меня накинулись. Впрочем, я знала, что так будет, поэтому и молчала. Ну не объяснять же всем, что я имела в виду совсем другого Сергея? О чем думала, о том и писала. Я же не знала, что это будет прочитано вслух? Мне и в самом деле хотелось сжечь все свои страхи.

— А какого Сергея вы имели в виду? — спросил Иван.

— Господи, да своего мужа!

— Ах, маленькая дрянь! — раздраженно сказала Анжелика. — Скажите, пожалуйста!

Она со злостью скомкала пустую сигаретную пачку. Взгляд ее забегал по комнате, пока не натолкнулся на сумочку Веры, сиротливо лежащую в кресле.

— Какое право вы имеете меня оскорблять?
– обиделась Жанна.

— Вот из-за таких все! — не унималась Анжелика. — Молодые, наглые!

— А сама? — парировала Жанна. — Мне-то было стыдно признаться в том, что я это написала! А ты? Сразу уцепилась! И после этого я -наглая! Я скучаю по своему собственному мужу и должна этого стыдиться?