— Давайте!

— Где бы нам присесть? — Я начал оглядываться. И намекнул: — У меня при себе немало интересных фотографий.

— Хорошо. Идите на кухню. — Она кивнула на левую дверь.

Мда-а… Намек не поняла. Непробиваемая женщина! Что делать? Не маньяк же я? Оставим мысль о ее спальне. Пришлось пройти на кухню и разложить драгоценные снимки на кухонном столе. Те, которые не вошли в альбом. Блондинка подошла и взглянула на них с жадностью, отодвинув альбом. Потом быстренько перебрала и раздраженно сказала:

— Это не та собака!

— Не понял… — растерялся я. В доме не было других животных кроме нее и того существа, которое тявкало за стенкой. Судя по всему, в ее спальне. Я так и думал, что место занято.

— Вы с напарником — идиоты!

— Послушайте…

— И слушать ничего не хочу! Это не та собака!

Она вновь принялась копаться в снимках. Потом сквозь зубы сказала:

— Не понимаю, как вам это удалось?

Я подумал, что она говорит о снимках шатенки и ее «Мерседеса». Но к моему удивлению, эти фотографии ее не заинтересовали. Она равнодушно отодвинула шатенку в сторону и вцепилась в те снимки, на которых была территория комбината. Потом сказала:

— Да уж, это будет сюрприз так сюрприз! Он останется довольным. Уела я их всех. Пусть ценит. Не у каждого есть такая женщина.

Я не понимал, о чем она говорит. Да и, честно сказать, не хотел вникать в ее проблемы.

— В целом же здесь нет ничего нового, — сделала вывод блондинка. — А это что за гадость?

Она выдрала из альбома шарж, скомкала его и отбросила в сторону. Я оцепенел. Рисунок был великолепен! К тому же я заплатил за него пламенным поцелуем! Дороже у меня ничего нет! Блондинка же прицельно меня добила:

— Я вообще не понимаю: зачем вы приехали?

— Как это? — окончательно растерялся я. — Вы же заплатили деньги…

— Все, что хотела, я уже получила.

— Не понимаю…

— Вы что, тупой? Ваш напарник уже привез мне альбом!

Я оторопел. Сгорбыш был здесь?!

— Когда? — только и спросил я.

— Сегодня.

— Он мне ничего не сказал.

— Интересно же вы работаете! Друг с другом договориться не можете! Что уж говорить о заказчиках!

Она на минутку вышла, а вернулась с альбомом. Хлопнула его на стол и сказала:

— Вот.

Я уставился на альбом. Потом дрожащими руками открыл его. Почти то же самое. Разве что завода чуть больше. И трубы. Я быстренько пролистал альбом и отметил, что сделано на совесть. Сгорбыш с работой справился. Но почему он мне ничего не сказал? Я был в недоумении. Ситуация вышла из-под моего контроля. Я спросил:

— Почему тогда вы меня впустили?

— Я же сказала: это не та собака! — нервно сказала блондинка. — Я думала, вы поспешили исправить свою ошибку и привезли мне нужные снимки. Хотела даже вас похвалить. Напрасно надеялась. Вы с напарником из породы идиотов.

Я опять ничего не понимал. И даже пропустил мимо ушей очередное оскорбление. Шатенка ей, видите ли, не интересна, а какая-то собака…

— Скажите хоть, что за порода?

— Лабрадор, — сухо ответила она.

Вот лабрадора-то я и не заметил. Хоть убейте меня! Все, что я смог сказать:

— Извините.

— Уходите, — велела блондинка.

— Вы кого-то ждете? Кстати, а где ваш муж? Еще на работе?

— Идите вон!

А! Понял! Она так нервничает, потому что муж у любовницы? Бедняжка! А чего она хотела? Ему семьдесят.

Я направился к выходу, но в дверях спохватился:

— А негативы вы получили?

— Я все получила, — раздраженно ответила блондинка. — Если у вас нет собаки, мне больше ничего не нужно.

Опять эта собака! Золотая, что ли? Либо у нее в ошейнике зашит секретный шифр ЦРУ. Я вышел из уютного особнячка в полном недоумении. Мне захотелось ополоснуть лицо холодной водой, и я направился к бассейну.

— Куда?! — завизжала блондинка.

Теперь я увидел, что не ошибся: на столике бокал с остатками коктейля. До жути захотелось промочить горло. Здесь, знаете ли, никаких нервов не хватит! Она визжала от возмущения, но мне было наплевать. Я теперь хам, потому что она хамка. Мы были на кухне, а она даже не предложила мне стакана воды, не то что чашечки кофе! Меж тем я так устал.

Сначала я заметил коктейль. И протянул руку к конусообразному бокалу. Срочно надо выпить. Срочно. Здесь никаких нервов не хватит… Здесь никаких… здесь…

— Что вы себе позволяете! — визжала блондинка.

Моя рука сама собой опустилась. Но не потому, что она так кричала. А потому, что у меня пропала жажда. Я стоял у бортика, смотрел в бассейн, и меня слегка мутило. В бассейне лежал труп. На дне, выложенном голубой плиткой. Но бассейн был такой мелкий, а вода такая прозрачная, что казалось, будто он плавает на поверхности. И слегка раскачивается. То ли бассейн такой маленький, то ли труп такой огромный, но было ошущение, что он заполнил собою все голубое пространство. Мужчина высокого роста. С седыми волосами. Худой. Господи! Да это же Сидор Михайлович!