– Так что же я могу для вас сделать? – спросил он.

Он выговаривал слова медленно, с характерным акцентом, похожим на тягучие воды Миссисипи. Впрочем, его улыбка располагала.

– Нам потребуется ваша помощь, майор, – ответил Ричер. – И мы надеемся, что после того, как вы просмотрите эти документы, вы нам в ней не откажете.

Конрад взглянул на папки, которые держал в руках, и пригласил их войти в его кабинет. Здесь было тихо и комфортно. Он предложил им сесть в кожаные кресла, а сам устроился за письменным столом, положил перед собой папки и открыл первую из них. Это было досье Леона. Он принялся быстро его просматривать.

Ему понадобилось десять минут, чтобы получить представление о документах. Ричер и Джоди сидели и смотрели в окно. Город жарился под белым солнцем. Конрад закончил чтение и взглянул на имена на бланках запросов. Потом посмотрел на посетителей.

– Два превосходных досье, – сказал он. – Они производят сильное впечатление. Я понял, что вы хотели этим сказать. Вы Джек Ричер, а вы миссис Джоди Джейкоб, которая упоминается в досье Леона Гарбера как Джоди Гарбер, его дочь. Верно?

Джоди кивнула и улыбнулась.

– Так я и подумал. И вы полагаете, что это даст вам более эффективный доступ к архивам?

Ричер серьезно покачал головой.

– Нам это и в голову не приходило. Мы прекрасно знаем, что все запросы выполняются с одинаковой быстротой и тщательностью.

Конрад улыбнулся, не выдержал и расхохотался.

– Вам удалось сохранить серьезное лицо, – сказал он. – Вы играете в покер? У вас наверняка неплохо бы получилось. Так чем я могу вам помочь?

– Нам нужна любая информация на Виктора Трумэна Хоби, – ответил Ричер.

– Вьетнам?

– Вы с ним знакомы? – удивился Ричер.

– Никогда о нем не слышал, – улыбнулся Конрад. – Но если его второе имя Трумэн, значит, он родился где-то между тысяча девятьсот сорок пятым и пятьдесят вторым годами, верно? Значит, он слишком молод для Кореи и слишком стар для Персидского залива.

Ричер кивнул. Ему начинал нравиться Теодор Конрад. Быстро соображает. Было бы любопытно взглянуть на его досье и выяснить, почему в возрасте сорока пяти лет он все еще майор и сидит в офисе.

– Мы будем работать здесь, – продолжал Конрад. – С радостью вам помогу.

Он поднял трубку и позвонил непосредственно в архив, минуя мастер-сержанта. Конрад подмигнул Ричеру, заказывая досье Хоби. Они сидели в доброжелательном молчании, когда ровно через пять минут им принесли досье.

– Оперативно, – заметила Джоди.

– На самом деле они немного задержались, – отозвался Конрад. – Представьте себе, как действует рядовой. Он слышит от меня фамилию Хоби и сразу бежит в секцию «Х», сравнивает инициалы, хватает папку и мчится сюда. Мои люди проходят соответствующую физическую подготовку, ведь они служат в армии, из чего следует, что каждый способен пробежать за пять минут около мили. И хотя архивы занимают много места, расстояние, которое необходимо преодолеть рядовому, чтобы переместиться в пространстве от своего поста до секции «Х», а оттуда до моего кабинета, заметно меньше мили, уж поверьте мне. Так что он немного запоздал. Подозреваю, что его задержала мастер-сержант, чтобы слегка меня позлить.

Папка с досье Виктора Хоби оказалась старой и потрескавшейся, к ней был приклеен листок, на котором от руки, аккуратным почерком, перечислялись все запросы на досье. Их оказалось два.

– Запросы делались по телефону, – пояснил Конрад. – В марте этого года звонил сам генерал Гарбер. Некто Костелло звонил сюда из Нью-Йорка в начале прошлой недели. Почему возник столь неожиданный интерес?

– Именно это нас и занимает, – ответил Ричер.

Досье солдата, побывавшего в сражениях, обычно бывает довольно толстым, в особенности если боевые действия проходили тридцать лет назад. За три десятка лет все донесения и отчеты заняли свои места. В папке Виктора Хоби было собрано два дюйма различных бумаг, и они с трудом помещались внутри. Папка напомнила Ричеру черный кожаный бумажник Костелло, который он видел в баре Ки-Уэста. Он придвинул свое кресло ближе к Джоди и к письменному столу Конрада. Майор положил папку перед ними и перевернул, словно предлагал знатокам редкие сокровища.

Мэрилин дала подруге предельно четкие указания, и Шерил выполнила их с предельной точностью. Первым делом она должна получить лечение. Шерил уселась на жестком пластиковом стуле возле стойки. Ей повезло: в этот день нагрузка на врачей в отделении экстренной помощи была небольшой, и уже через десять минут ее осматривала молодая женщина-врач, которая вполне могла быть ее дочерью.

– Как это произошло? – спросила врач.

– Я налетела на дверь, – ответила Шерил.

Врач отвела ее в дальний конец кабинета, положила на стол для осмотра и стала проверять рефлексы.

– На дверь? Вы уверены?

Шерил кивнула. Она решила придерживаться именно такой версии. Мэрилин очень ее об этом просила.

– Дверь была полуоткрыта, я ее не видела и резко повернулась.

Врач ничего не сказала и посветила фонариком сначала в левый глаз Шерил, потом в правый.

– Как у вас со зрением?

– Иногда все расплывается.

– Головная боль?

– Просто ужасная.

Врач немного помолчала, разглядывая бланк, на котором были записаны сведения о Шерил.