Что горе - в совести больной,

И что навеки лишено

Названья и надежд оно.

Гяур исчез... Иль навсегда?

Нет горек будет час, , когда

Вернётся он. Но жребий пал,

Гассану рок его послал,

И он придёт, чтоб, наконец

В гробницу превратить дворец.

Он как самум, как вихрь, что вдруг

Уничтожает всё вокруг,

И даже тёмный кипарис

Иссушенные ветви вниз

Склонит. Да, сей последний страж могил

Иссохнет, и во прах падёт без сил.

Коней в конюшне нет давно.

Дворец пустой. Кругом темно.

Ни слуг в чертогах, ни рабов.

И тонкий пепельный покров

На стенах медленно растёт.

То сеть свою паук плетёт.

В гареме нетопырь живёт,

А лестница и узкий ход

Под башнею сторожевой

Давно захвачены совой.

В саду фонтан зарос травой,

И воет одинокий пёс над ним,

Жестокой жаждою и голодом томим.

Какой отрадой был для глаз

Фонтан, когда в полдневный час,

Над истомлённою землёй

Сверкал серебряной росой,

Когда прохладу нёс в сады

Полёт кружившейся воды!

А ночью, звёздной голубой,

Играл светящейся волной,

Звучал мелодией ночной...

Нередко видеть мог фонтан,

Как в детстве здесь играл Гассан,

И засыпал в тени ветвей

Под песню матери своей...

Шли годы, и шумел фонтан,

И слушал юношей Гассан,

Как песня девы молодой

Лилась, журчала в лад с водой.

И вот навек умолк фонтан.

Не будет в старости Гассан

Тут отдыхать под пенье вод,

Когда вечерний час придёт.

Нет, не журчать фонтану вновь:

Ведь пролита на землю кровь,

Что грела сердце в нём...Года

Пройдут, но больше никогда

Тут речи не звучать людской

Любовью, радостью, тоской...

С тех пор, как женской скорби крик

Пронёсся, жалобен и дик,

Тут воцарилась тишина.

И только стучит калитка одна...

Стучит, но кто её запрёт

В часы осенних непогод?

И как в песках, где жизни нет,

Найти отрадно чей-то след,

Найти отрадно чей-то след,

Так здесь - хоть голос услыхать,

И то уж можно бы сказать:

Одна душа живая есть,

Бзлюдье легче перенесть!"

Ещё блистает красотой

Чертог забытый и пустой,

И своды пышного дворца

Обрушились на до конца,

Но мрак сгустился у ворот,,..,

Факир сюда уж не зайдет,

Минует дервиш этот дом

Кто странника накормит в нем?

И путник, подойдя к дверям ,

Уже не скажет свой "салам",

Богатство, Бедность - всё пройдет,

Не задержавшись у ворот,

Приветливость, что тут жила,

С Гассаном вместе умерла,

Гостеприимный кров его

Не приютит уж никого,

С тех пор, как неверного острым клинком

Высокий тюрбан был разрублен на нем.

Вдали раздался шум шагов,