Мацуто мысленно выругался и еще раз посмотрел на карту. Безумие… Их флот это всего пара крейсеров, десяток легких шлюпов, ну, и один старый авианосец, который был буквально восстановлен из металлолома на одной из дальних верфей под видом модернизации рудовоза. И с этим она хочет идти на столицу? Да даже если весь флот покинет центральную систему, им сроду не пробиться сквозь орбитальные укрепления. Самым разумным было бы сидеть и не высовываться, копя силы, а еще лучше заручиться поддержкой ближайших независимых миров, которые имеют большой зуб на Империю. Однако Хибики, как всегда, все решила сама. Томано вздохнул. Что за импульсивное создание? Он опустился в кресло.

– Связист, канал межсвязи, код четыре, семь, три, три.

Матовое поле звукоизоляции плотно окружило капитанское кресло, отрезав его от остальных. Поговорив пару минут, он отключил связь и, облегченно улыбнувшись, откинулся в кресле. Некоторое время он о чем-то усиленно размышлял, блуждая невидящим взглядом по вращающейся перед ним карте, затем вызвал флагманский корабль.

– Капитан, курс на столицу.

Киборг медленно поднял излучатель, но стоявший рядом Айко прыгнул и вцепился в металлическую руку машины. Та слегка покачнулась, сбив прицел. Второй страж, шедший впереди, замер и, резко развернувшись, направил ствол своего оружия на Антона, заставив парня застыть на месте.

Луч протонника, ударивший рядом, опалил волосы Кира, обдав его обжигающей волной воздуха. В правой щеке возникла резкая боль. Скрипнув зубами, юноша вскочил на ноги, автоматически схватившись за висевший на поясе черный брусок и чувствуя, как тот в его ладони приобретает удобную форму рукояти. Страж тем временем освободил свою руку от хватки Айко, просто отбросив того ударом другой руки. Рен тряпичной куклой ударился о стенку и со стоном сполз вниз. Киборг шагнул к нему, выдвигая из левой руки длинный тонкий заостренный прут.

Лезвие мономеча выскочило с легким шелестом и наискосок перечеркнуло корпус машины, заставив ту выбросить из своего нутра фонтанчики искр. Второй страж вскинул излучатель, но Кир был быстрее. Однако киборг все же успел уклониться, и меч срезал лишь часть руки с закрепленным на ней оружием. На короткий миг они с Киром замерли друг напротив друга. Блестящие пластины зрительных сенсоров киборга, казалось, с интересом разглядывали человека, бросившего дерзкий вызов машине. Из руки стража тем временем выдвинулся такой же длинный острый штырь, как и из руки поверженного напарника, и стал утончаться и становиться шире. Через мгновение киборг вскинул руку с узким мечом, точно салютуя им своему противнику. Кирилл улыбнулся.

Мечи с легким звоном соприкоснулись, и парень отпрыгнул назад, с удивлением смотря на киборга. Его мономеч, с такой легкостью располосовавший первого стража, не оставил даже отметины на оружии этого. Похоже, он поторопился с выводом о том, что предки не знали о подобном оружии, по крайней мере, меч этого стража не уступал его мечу. Киборг присел и вновь кинулся в бой, обрушив на Кирилла град ударов и заставив того попятиться под этим натиском. Однако его отступление продолжалось недолго. Удары киборга были хоть и быстрыми, но бессистемными. Это не был какой-то особый стиль боя, машина просто тупо стремилась уничтожить противника, используя самое подходящее в данный момент оружие, так что до смертельно-грациозных движений Лайм этой железке было очень далеко. А поэтому, отбив очередной каскад быстрых, но бессмысленных ударов, Кир поднырнул под выпад стража и, перекатившись по полу, замер, держа меч лезвием назад. Страж резко развернулся, но неожиданно его ноги с треском переломились, и киборг рухнул на пол. Однако тут же попытался подняться, опираясь на уцелевшую руку и судорожно скребя по полу культями ног, из которых вытекала какая-то серебристая жидкость. Кир неторопливо подошел к поверженному противнику и с размаху вогнал клинок в спину живучей машины, а затем, выдернув меч, одним ударом снес ей голову. Свернул мономеч в ножны и повесил его обратно на пояс. Обессиленно оперся о стену, затем осторожно потрогал пальцем щеку и скривился от пронзительной боли.

– Как Рен? – спросил он подошедшего Антона, который бросился к Айко, едва Кир сошелся в схватке со стражем.

– Нормально, – улыбнулся Соболев, а Айко, сидевший у противоположной стены, показал Киру большой палец. – Помял немного ребра, но «мамочка» уже вкатила дозу обезболивающего. Сейчас и тебя полечим.

Антон достал из кармана комбинезона шприц и приложил его к щеке Кира. Раздалось легкое шипение, и Кирилл почувствовал, как по лицу побежал легкий холодок, смывающий жгучую боль.

– Часа на два хватит, – похлопал его по плечу Антон. – Хорошо, что эти железяки из карманов ничего не вытряхнули.

– Посчитали неопасным, – сказал подошедший Айко и радостно улыбнулся. – Классно ты их разделал, вжик, и все.

– Это Лайм надо сказать спасибо, – усмехнулся Кирилл.

– Кир!

Все дружно повернулись на крик. Кирилл мысленно чертыхнулся и, подойдя к мутному стеклу, знаками попросил Олу отойти подальше. Мономеч точно бумагу разрезал стекло камеры, проделав в нем неровный прямоугольник.

– Кривовато получилось, – констатировал Рен, наблюдая за действиями друга.

– Эстет, блин, – огрызнулся Кир, прижимая к себе кинувшуюся навстречу девочку.

Он оглядел сидевших вдоль стены ребятишек, которые с надеждой и испугом смотрели на неожиданных спасителей. Затем чуток отстранил от себя прильнувшую девочку и спросил:

– Ол, а где учителя?

– Там, – девочка неопределенно махнула рукой. – Алней Рейнович пытался помочь пилоту, и…

Девочка резко прижалась к груди парня, и ее тонкие плечи задрожали.