– Ну как же! – Шевалье изобразил простодушное изумление. – Придется ведь драться!

– Значит, подеремся, – улыбнулся карлик. – И потом, вы-то тоже там будете!

– Ты даже не спрашиваешь, куда я хочу тебя повести?

– Да уж, мудрено догадаться! – Чико пожал плечами. – Сегодня вечером мы пойдем в дом с кипарисами, а завтра утром – в замок Биб-Альзар. Замок вы легко найдете и без меня, его вам покажет кто угодно, но вот что касается дома с кипарисами, то мне обязательно нужно показать вам все тамошние укромные местечки.

Шевалье с улыбкой кивнул. Глядя на карлика, он думал: «Честный, ловкий, смелый, преданный, ему не хватает только капельки силы… Черт возьми! Я сделаю из него мужчину, не будь я Пардальян!»

Хуана принесла шпаги и шишечки, которые шевалье надел на острие клинков. Затем столик отодвинули в угол, и урок начался. За ним испуганно следила хозяйка.

Сначала карлику было трудно. Но он так хотел, чтобы его великолепный учитель остался им доволен!

Мало-помалу кисть начала привыкать, и Чико уже не чувствовал веса рапиры, которая была величиной почти с него самого. Урок продолжался до тех пор, пока совсем не стемнело. Учитель был терпелив, а ученик послушен и настойчив.

Наконец Пардальян решил, что на сегодня хватит. Он похвалил Чико, сказав, что у него есть способности к фехтованию. Действительно, малыш был очень гибок. Хуана тоже осталась весьма довольна.

Но вот пришло время отправляться в путь. Шевалье надел шпагу и, взяв легкий и прочный кинжал, прицепил его к поясу Чико. Карлик был чрезвычайно горд своей рапирой – потому что для него это была настоящая длинная рапира, которая хлопала его по икрам. Девушка с беспокойством следила за этими приготовлениями.

Когда она увидела, что друзья уже собираются выходить, она предприняла последнюю отчаянную попытку.

– Сеньор де Пардальян, кажется, вы хотели отдохнуть? – спросила девушка робким голосом. И лукаво добавила: – Я уже приготовила вам мягкую постель, да такую, что любой монах позавидует.

– Ох, бедный я, бедный! – простонал шевалье. – Как же мне не везет! Ладно, милая моя, когда я вернусь, я обязательно улягусь в эту постель и с лихвой возмещу потерянное время.

– А что если… если вы не вернетесь? – чуть слышно произнесла Хуана.

– Это невозможно! – уверенно ответил Пардальян.

– Почему? – спросила девушка, чувствуя, что в ней оживает надежда.

– Потому что завтра меня ждет еще один поход, причем чертовски опасный. А раз никто за меня не сделает как следует это дело, ясно, что я должен вернуться, чтобы разобраться с ним. Итак, вы видите, моя дорогая Хуана, что нет ни малейшего основания беспокоиться по этому поводу… Хотя я очень вам признателен за то, что вы так обо мне заботитесь.

И, посмеиваясь про себя, он ушел вместе с Чико, оставив Хуану потрясенной этой странной логикой и еще более встревоженной, чем раньше. Ведь, в конце концов, сеньор Пардальян говорил только о себе, а о том, о ком действительно так беспокоилась бедная девушка, он не проронил ни единого слова!

Чико привел шевалье к подвалам таинственного дома с кипарисами, и они спустились туда. Какую цель преследовал Пардальян? Хотел ли он освободить дона Сезара? Может быть, он просто хотел получше узнать эти места, чтобы приготовиться к дальнейшим действиям? Пока мы этого не знаем.

Примерно через два часа наши герои выбрались наружу. Они по-прежнему были вместе. С ними не произошло никаких неприятных неожиданностей.

Но чем же все-таки закончился их поход? Добился ли шевалье своей цели? Этого мы пока тоже не можем сказать.

Лицо Пардальяна было абсолютно непроницаемым. Он уверенно шагал вперед, а за ним семенил Чико, насвистывавший охотничью песенку времен французского короля Карла IX.

Было уже больше одиннадцати часов, когда они вернулись на постоялый двор. Им не нужно было стучать: маленькая Хуана ждала их на пороге.

Все это время девушка не находила себе места от беспокойства. Наконец она услышала шум шагов и побежала открывать. С первого взгляда Хуана убедилась, что с друзьями все в порядке, и облегченно вздохнула; у нее словно гора свалилась с плеч. Ее прекрасные черные глаза снова радостно заблестели.

Хуана хотела было накормить путешественников ужином, но Пардальян заявил, что должен отдохнуть. Он незаметно подмигнул Чико. Карлик кивнул в ответ и сказал то же, что шевалье.

Затем он тотчас удалился, к великому сожалению милой хозяйки.

Когда Чико ушел, Пардальяна проводили в его комнату. Он скользнул под одеяло, с наслаждением вдыхая аромат лаванды, – постель приготовили согласно его вкусу, – мгновенно заснул и проспал до шести часов утра.