– Я была здесь, меня оперировал Советник Строггорн ван Шер.

«Что ты ищешь здесь?» – меняется надпись на колонне.

– Советников. Они здесь? – спросила Этель, но надпись никак не откликнулась на вопрос: «Проходи. Можно». – Надпись померкла. Этель снова пошла по залу, пока колонны неожиданно не исчезли, и луч фонарика не уперся в плотную темноту. Она еще некоторое время стояла, пытаясь просветить, что впереди, когда отчетливо услышала, как кто-то вскрикнул в этом пространстве. От неожиданности Этель вздрогнула. «Наверное, слишком долго здесь стою», – подумала она, сосредоточилась, почувствовала движение, четко представила операционный зал, и очень удивилась, что почти сразу же оказалась в нем.

Блеклый свет зажегся, Этель выключила фонарик и подошла к пульту. Ее обрадовало, что Строггорн не убрал операционный стол, – она бы не смогла его синтезировать. Вся аппаратура была исправна. Этель разделась, легла на операционный стол, скомандовала подключение и почти мгновенно очутилась в болотистом лесу.

Туман клубами поднимался над болотом, сквозь него нечетко проглядывали кочки с темной липкой водой между ними. Ноги Этель то и дело проваливались по щиколотку в мерзкую жижу. Мокрые ветви деревьев изгибались, хватали, отскакивали и больно хлестали по лицу. Идти было тяжело, и примерно через час, устав, она подумала, что что-то опять делает не так. Ее физическое тело осталось в Десятимерном зале, ни о каком болоте не должно было бы идти речи. «Мой мозг трансформирует восприятие Десятимерности в привычные образы», – вдруг поняла Этель и сразу остановилась.

Она сосредоточилась, представив обрыв, на который уводил ее Строггорн. Туман послушно рассеялся, и она оказалась на краю пропасти. Мустанги беззаботно неслись далеко внизу, обгоняя друг друга. Этель легла на живот и всмотрелась в бесконечную волнующуюся зелень пространства. Оно изменялось все время, колыхаясь вверх, почти достигая края пропасти и снова опадая. Высота была колоссальной, обрыв совсем отвесный, и она никак не могла присмотреть место, с которого удалось бы спуститься.

– Что ты здесь делаешь? – Ворвался в ее мозг голос красивого огромного гепарда, с лоснящейся пятнистой шкурой.

– Строггорн? – Этель вглядывалась в него, пытаясь понять, кто это.

– Я не Строггорн, – сказал гепард. – Ты не ответила на мой вопрос.

– Я ищу Советников. Они ушли сюда и больше не вернулись. Мне кажется, я видела их в каминном зале. Вы знаете, где это?

– Знаю. Это далеко. Не испугаешься?

Интонация, с которой спросил это гепард, показалась Этель очень знакомой.

– Нет, мне нужно попасть туда.

Гепард подставил ей спину, подхватил Этель и заскользил мягкими прыжками, передвигаясь прямо по воздуху. Пространство вокруг сразу размазалось, сливаясь в сплошную пелену. Иногда казалось, что они едут через странный, безлистный и какой-то мертвый лес, а один раз двигались по совершенно ирреальной поверхности, разлинованной строгими геометрическими фигурами. Этель показалось, что это бесконечная шахматная доска, а они – фигурки, которыми играет волшебник.

В какой-то момент они очутились на бесконечной дороге. Кругом была пустота, а дорога пронзала ее, разделяя пространство на две части. Гепард летел над ней, не касаясь поверхности. Блеклый желтый свет был разлит кругом, но солнца не было, как не было и неба. Этель затошнило, и гепард сразу откликнулся: «Уже скоро, потерпи, ты выдержишь». – И без всякого перерыва они очутились в зале с камином.

Этель слезла с гепарда на холодный каменный пол. Босые ноги заныли. Советников не было, и камин еле светился.

– Их здесь нет, – в ее мыслях было разочарование.

– Конечно.

Она обернулась, но гепарда больше не было – перед ней стоял человек. Его лицо непрерывно менялось, словно никак не могло остановиться на каком-нибудь облике. Этель в ужасе отшатнулась, а человек подошел к камину и начал подкладывать дрова, пока огонь не разгорелся ярким пламенем, потом сел в кресло и посмотрел ей в лицо своими огромными глазами без зрачков.

– Ты до сих пор ничего не поняла, Этель?

– Кто вы?

– Советников больше нет, они умерли. Разве ты не знаешь этого?

– Но я видела их, сегодня ночью, – упрямо сказала она.

– Откуда ты знаешь, сколько прошло времени, с тех пор как ты здесь? То, что ты видела, эффект Гиперболического маятника. Когда он бьет, на несколько секунд меняется энергетика пространства и уменьшается его стабильность. В эти моменты может много чего случаться… А ты не хотела бы остаться со мной? Тебе будет хорошо? – Он продолжал пристально смотреть ей в глаза, затягивая в глубину своих бездонных глаз, и Этель поспешно опустила голову.

– Кто вы? – еще раз спросила Этель.

Человек рассмеялся, очень знакомо, она подняла глаза и увидела Диггиррена. Он смотрел на нее своими зелеными глазами и улыбался.

– Ты же меня искала, Этель?

Печаль и огонь, отразившийся в серебре…

– Это ты? – Она нерешительно приблизилась, не веря.

– Я. Хочешь ко мне? Сними блоки, и мы навсегда останемся вместе.

– НЕТ! – Этель опустила взгляд.

– Почему «нет»? Ты боишься снять блоки? Не бойся. Я не убью тебя. Наоборот. Хочу стать тобой, и чтобы ты – стала мной. Что в этом плохого? Ты же моя жена?