– Я… я понимала: их надо остановить, – снова заговорила Реми. – И решила, что теперь мы с тобой встанем во главе компании. Это единственный способ спасти ее.

– Нелегкое ты затеяла дело, Реми.

– Нелегкое? – горько усмехнулась она. – Да это будет чертовски трудно, мой дорогой! Но иного не дано.

Коул смерил ее долгим испытующим взглядом.

– Ты говоришь совсем как Донован.

По лицу Реми пробежала тень улыбки.

– Ничего удивительного, он же мой предок.

– Послушай, а ты попробуй договориться со своими родственниками, – внезапно предложил Коул. – Пусть они передадут тебе свои акции и уйдут из совета директоров, а ты в обмен на их согласие откажешься от обвинений, которые выдвинула вчера.

– Я уже думала об этом, – честно призналась Реми. – Но… компромиссы хороши до поры до времени. Да и под каким предлогом я отзову свои обвинения? Скажу, что боюсь запятнать доброе имя Жардинов? Чарли умер, помогая не Реми Жардин, а Реми Купер. И, по-моему, нам надо быть проще. Времена меняются, наше имя уже не имеет такого веса, как раньше.

– А может, наоборот: как раз теперь оно будет вознесено на должную высоту…

– Будем надеяться, – улыбнулась Реми и положила голову ему на плечо.