– Понятия не имею, – спокойно ответил Коул. – Ты лучше скажи, тебе много нужно времени на сборы?

– Извините, мсье Бьюкенен, – вмешался инспектор, – но я должен задать вам несколько вопросов.

– Зачем? – вырвалось у Реми.

Неужели он подозревает ее брата?

– Я очень рад, что мы установили вашу личность, – ответил Арманд, – но хочу поподробнее узнать и о нашем собеседнике.

– Вы думаете, – Реми перевела взгляд на Коула Бьюкенена, – это… это он на меня напал?

– Нет! – торопливо воскликнул Бьюкенен. – Это не я. Меня тогда и в Ницце-то не было!

– А откуда вы знаете, когда именно это произошло, мсье? – поднял брови инспектор и, повернув руку ладонью кверху, потребовал: – Покажите ваши документы.

– Сейчас. – Коул с плохо скрываемым раздражением вынул из внутреннего кармана пиджака паспорт и протянул его инспектору. – Вот, пожалуйста, можете убедиться, мои бумаги в порядке, и я не выдаю себя за кого-то другого, инспектор. – Он покосился на сестру. – Не волнуйся, Реми. Это не займет много времени. Ты пока иди переодевайся.

– Мне не во что переодеться, – возразила она, наблюдая за инспектором, внимательно изучавшим паспорт Коула.

– Я так и думал, поэтому купил кое-что для тебя по дороге, – сказал брат.

– Да-да, мы отнесли коробки в вашу палату, – вставила медсестра.

Инспектор кивнул.

– Идите, мадемуазель. Мне хотелось бы побеседовать с мсье Бьюкененом наедине. Такая уж у меня работа – задавать людям вопросы.

– Очередное соблюдение формальностей? – усмехнулась Реми, вспомнив, как инспектор допрашивал ее, пытаясь выяснить, не преступница ли она.

– Ну конечно, – тоже усмехнулся он.

– Ладно, в таком случае я положусь на ваше компетентное мнение. Посоветуете уйти с этим человеком – уйду, скажете «нет» – останусь, – с деланным легкомыслием произнесла Реми, однако на самом деле ей было не до шуток.

Она не помнила Коула и могла верить ему только на слово. Брат он ей или не брат? Кто его разберет? Однако насчет Нового Орлеана сомнений у нее не было. Ей действительно нужно туда! Это она знала наверняка.

Подойдя к палате, Реми обернулась и увидела, что инспектор отдал Коулу паспорт со словами:

– А вы, я смотрю, много путешествуете.

– Я езжу по делам, – сухо ответил Коул.

Конец фразы услышать не удалось: дверь за Реми уже закрылась.

В коробках, о которых говорила медседстра, оказалось два комплекта одежды: кружевное белье, колготки и туфли, коричневый брючный костюм с золотисто-кремовой шелковой блузой и просторный красный свитер с широкой юбкой, подобранной ему в тон.

Подумав о том, что ей предстоит долгий перелет, Реми выбрала брючный костюм. Он сидел на ней идеально, словно был сшит на заказ. Почему-то Реми это удивило. Хотя что тут странного? Кому, как не брату, знать ее размеры и вкусы?

Одевшись, она присела на краешек постели и прислушалась к голосам, доносившимся из коридора. Голос инспектора звучал спокойно. Он тихо задавал Коулу вопросы, а Бьюкенен отвечал отрывисто, нервно, а порой даже агрессивно. Наконец раздался стук в дверь.

– Войдите.

Коул переступил порог и до обидного равнодушно посмотрел на Реми.

– Я вижу, ты готова. Я сейчас вернусь, вот только заплачу за твое содержание в клинике. – Он взглянул через плечо на инспектора и насмешливо добавил: – Разумеется, если мсье инспектор мне позволит.

Коул ушел, и Реми осталась наедине с Армандом.

– Ну вот… Вы нас покидаете и возвращаетесь домой в Новый Орлеан.

Она поняла по его тону, что он удовлетворен ответами Коула Бьюкенена.

– Вам удалось узнать что-нибудь про нападение?

– Увы, нет. Дело остается открытым. – Инспектор подошел к Реми и взял ее за руку. – Если вы что-то вспомните… вернее, когда вы вспомните, свяжитесь, пожалуйста, со мной, хорошо?

– Хорошо. Я вам очень признательна, инспектор. Большое спасибо!

Арманд пожал плечами.

– Не за что. Это моя работа.

Спустя двадцать минут Реми уже выходила из клиники на улицу, ярко освещенную средиземноморским солнцем. Машинально замедлив шаг, она с наслаждением вдохнула свежий воздух, стараясь поскорее очистить легкие, которые за несколько дней ее пребывания в больнице, казалось, доверху наполнились резкими запахами лекарств.

Реми повернулась к Коулу, собираясь заговорить, и чуть не налетела на него. Она и не подозревала, что он идет за ней по пятам. Коул поддержал ее под локоть, не давая упасть, и на мгновение его взгляд впился в ее губы. Это продолжалось всего секунду, но Реми неудержимо захотелось, чтобы Коул ее поцеловал. Господи, что с ней творится? Какие странные, патологические желания! Ведь Коул – ее брат!

– Извини, – пробормотала она, чувствуя, как щеки заливает краска стыда.

– Ничего. Пойдем к машине. Она вон там, видишь? – Коул махнул рукой в сторону сверкающего серебристого «Ситроена».