Лаурин отметила имя и внутренне порадовалась. Это не Орлак! Доргрил! Ей сразу же стало ненавистно это имя, звук которого звучал у нее в голове.

— Не стоит благодарности, — сказал он, казалось, употребив весь свой шарм. Это не сработало — низкий голос все еще был окрашен презрением. — Мудро используй свою свободу, Ксантия. Если сделаешь какую-нибудь глупость, например, попробуешь выплеснуть свою бессмысленную мелочную ненависть, я легко тебя убью. Глазом моргнуть не успеешь!

Слова прозвучали тихо, но нельзя было не услышать в них угрозу. Лаурин почувствовала, как Ксантия содрогнулась. Ведьма боялась его, но ее привлекала сила, и она ничего не могла с собой поделать.

— Оставайся со мной, Доргрил. Не позволяй Орлаку вернуться. Я буду верно служить тебе, как никто другой, — умоляла Ксантия.

— Он — на моей милости, как и она, — заявил Доргрил, оглядывая Лаурин.

Девушка затаила дыхание.

— Как ты считаешь, она позовет отца?

— Она долго не выдержит, а у меня еще много сил, — он мерзко рассмеялся. — Она его позовет. День-два, не больше.

— А почему бы тебе не пойти и просто не прикончить его самому? Я думаю, что мы можем догадаться, где он прячется.

— Потому что я хочу, чтобы он пришел ко мне! — заорал Доргрил.

Лаурин поразилась, что он так быстро приходит в ярость, а также силе. Ничто в его манерах или речи на это не указывало.

— Я хочу, чтобы он умолял сохранить его жизнь или жизнь его дочери. Я знаю — он любит других больше, чем силу, которой обладает, больше, чем то, кто он есть и кем может быть. Он поклоняется женщине, которую ты ненавидишь, а также детям, которых она родила. Они — его слабость. Придет…

Наконец, оба оставили Лаурин, но только после того, как Ксантия облила ее холодной водой из кувшина и пообещала, что они вернутся позднее. Перед тем, как уйти, шлюха наклонилась над Лаурин и прошептала:

— Я показала твоей матери, что с тобой происходит в Кипресе, плохое дитя.

Лаурин впервые заметила, что у Ксантии на лбу больше нет бледно-зеленого архалита, хотя, вероятно, его сняли уже несколько дней назад. Девушка не испугалась, что к этой женщине вернулись магические способности. Она перекатилась на спину, чтобы посмотреть в лицо улыбающейся ведьме, и нашла в себе силы укоризненно сказать:

— Это было глупо. Теперь она сможет тебя найти и уничтожить.

— Слава Свету! — воскликнул Кайрус. — Он все еще здесь!

Они стояли у причала в Карадуне после быстрого путешествия из Илдагарта. На солдата произвело впечатление то, как быстро они преодолели это расстояние. Большой северный город и эта тихая заводь находились на небольшом удалении друг от друга по меркам Королевства Таллинор, но Кайрус помнил, что такое путешествие обычно занимало два, а то и три дня. Они справились за один день.

«Ты что-нибудь делал с нашими лошадьми, раз они бежали так быстро?»

Рубин лишь легко улыбнулся. Это само по себе стало ответом.

— Откуда вы знаете? — спросила Сэйрел.

Кайрус отвернулся от довольного Рубина и посмотрел на королеву.

— Вот этот флаг может реять на корабле, только если на борту находится монарх… Или, по крайней мере, так было в те времена, когда я служил в армии, — ответил он.

— Значит, нам нужно просто подойти и представиться? — спросила Хела. — Сейчас мы очень привлекаем внимание и, я уверена, в самое ближайшее время солдаты попросят нас уйти.

Она увидела, как обычно серьезное лицо Кайруса становится веселым. Ему явно было забавно, и он подергал коротко стриженую бороду.

— Я думаю, что только что нашел способ получить аудиенцию, — тихо сказал он. — Следуйте за мной.

Она сделали, как он предложил. Кайрус шагал широкими шагами, трое остальных держались в нескольких шагах позади. Хела гордилась им. Он был великолепен. Служанка королевы не могла не признать это про себя, наблюдая за уверенной и даже дерзкой походкой Кита Кайруса.

Корабль явно готовили к отплытию, и все еще хорошее зрение Кайруса сослужило ему хорошую службу. Судорожной деятельностью командовал человек в гражданской одежде. Может быть, это капитан. Определенно, корабль не был королевским или военным. Единственные суда, которые выходили из этого порта, принадлежали пиратам… Обычно — работорговцам.

На лице Кайруса промелькнуло неудовольствие. Он всегда надеялся что-то сделать с Карадуном, но, тем не менее, именно ему пришлось предложить оставить город в покое. В конце концов, было решено, что внимательная слежка и шпионы помогут лучше держать его под контролем. Это будет незаметно. Лорис оценил здравый смысл в предложении прайм-офицера, который считал, что лучше всего постоянно наблюдать за потенциальными нарушителями порядка. Если применить силовые методы, то они просто разбегутся по другим областям, заверил короля его слуга. А если проблема не распространяется на юг и сдерживается в районе одного Карадуна, то можно считать, что она находится под контролем. Лорис, в конце концов, согласился, хотя ему и не хотелось оставлять в покое город, полный преступников. Кайрус тянул время и ввел в пиратское сообщество двух или трех своих людей, которые много лет жили среди карадунцев. Они осторожно, но часто присылали сообщения после того, как стали пиратами.