— Пусть все остальные позаботятся о том, чтобы у Мауса было место для замаха, — продолжал Питер. — Готовы?

— Приготовились, народ. Мотор… — Адам понял, что говорит. — Это все режиссер начал.

— Я… — Питер развернулся и увидел, что Маус хмурится, стоя почти вплотную и глядя на него сверху вниз. — Да, верно. — Он быстро сделал несколько шагов в сторону, овладел собой и спросил: — Ну и чего ты ждешь?

Стул возымел на окно такое же действие, как и блюдо, то есть вообще никакого. Окно возымело на стул то же действие, что и на блюдо. Только обломки оказались крупнее и разлетелись дальше.

— Чертов сукин сын! — Маус выдернул из руки щепку и бросил ее в сторону.

Тони проследил за ней взглядом, увидел кровь, поблескивающую на дереве, и понял, что не успеет дотянуться вовремя.

«Назовите меня параноиком, но давать дому еще крови кажется мне очень плохой затеей».

Паника заставила его выплюнуть семь слов одной длинной цепочкой гласных и шипящих согласных. Щепка оказалась в его ладони. Он сунул ее в карман, вытер руки о джинсы и понял, что все были слишком заняты Маусом и непробиваемым окном, чтобы заметить случившееся.

— Что ты сейчас сказал?

«Черт! Почти все!»

Сердце парня застряло в горле. Он резко развернулся и обнаружил, что Ли задумчиво смотрел на него. Бывали дни, когда он многое отдал бы за то, чтобы Николас взглянул на него с таким интересом. Сегодня был другой день.

— Да так, выругался.

— Да? — Ли приподнял темную бровь. — На каком языке?

Тони этого не знал. Арра записала только произношение заклинаний. Она не упомянула, на каком они языке. Между прочим, это было неважно. Но Ли по-прежнему ждал ответа.

И ждал.

И…

— Это безумие!

Тони спасла чья-то истерика. Разговоры стихли. Фостер повернулся и увидел, что Том, электрик, стоит в стороне. Его грудь тяжело вздымается и опадает судорожными движениями, в ритме стаккато.

— Это чертово, долбаное безумие!

— Успокойся, Том. — Адам двинулся в его сторону, протянул руку. — Мы справимся.

— Нет, не справимся! Мы умрем! — Том оттолкнул руку первого ассистента режиссера и дикими глазами уставился на Тони. — Он говорит, что мы все умрем!

Все поглядели на парня.

«Просто отлично».

— Я сказал, что дом попытается нас убить. Это совсем другое дело.

Люди повернулись в сторону электрика, чтобы не пропустить его ответ.

— Чертовски верно! Потому что меня он не убьет.

Том ударил себя кулаком в грудь. В комнате было так тихо, что глухой звук показался неестественно громким.

— Что касается меня — я ухожу!

Том бросился к окну. Никто не успел напомнить ему о том, что они тут заперты.

— Остановите его!

Тони кинулся наперерез, скрипнув резиновыми подошвами по полированному дереву. Но он с самого начала знал, что не успеет.

Том легко увернулся от Адама, который попытался его схватить, и швырнул Кейт в Мауса вместо того, чтобы ее обогнуть. Он мчался со всех ног прямо к окну.

Стука удара не было.

Только хруст.

Тони проехал по полу и остановился возле тела.

— Но… Мне показалось, что разбилось окно, — сказала где-то позади Эми.

Фостер упал на одно колено и попытался нащупать пульс.

— Это было не окно, — ответил Зев.

Пульса не было. Неудивительно, учитывая, под какими углами и в каких местах кости проткнули кожу…

«Блин!»

— Маус! Подними его с пола!

— Что?..

— Давай! — поддержал Питер, и Тони снова начал дышать.

Режиссер не забыл о крови. Люди этой профессии видят картину в целом.

— Тина! Сордж! Принесите из библиотеки брезентовый чехол от оборудования!

Потом Питер схватил Тони за руку, поднял и увел с дороги Тины и Сорджа, которые бегом вернулись с чехлом. Маус положил тело на брезент и закрыл его, загнув концы вверх.

Все уставились на потеки крови, которые исчезали, впитываясь в пол.

— Это плохо? — пробормотал Питер.

— Вероятно, да, — признал Тони.

— Что бы это ни было, оно уже не спит.

— Верно. Но вряд ли мы должны его поощрять.

Брианна потыкала в брезентовый сверток босой ногой и спросила:

— Он мертв?

— Да, милая. — Бренда опустилась на колени и обняла девочку, стараясь утешить ее и предотвратить надвигающуюся истерику. — Он мертв.

— Взаправду?