Нинель сама не поняла, кому принадлежали эти мысли, но явно не ей. Она не успела опомниться от удивления, как оказалось, что уже рассказывает что-то Залину.

– Понимаете ли, мы заболтались до глубокой ночи, – словно со стороны услышала она свой спокойный голос. – Накануне Шаная участвовала в игре, которую устроила Серафия, и ей не терпелось поделиться впечатлениями. Вы, должно быть, знаете, что во дворце отца ей не разрешали особо резвиться. Тем более что целых полгода она сидела взаперти в своей комнате под строжайшим запретом выходить.

– Правда? – Залин криво ухмыльнулся. – И что же она натворила? Прирезала кого-нибудь?

– Что вы! – Нинель испуганно ахнула от такого предположения. Выставила перед собой скрещенные указательные пальцы, отводя внимание Галаша. – Как только язык повернулся подобное сказать? Шаная сбежала из дворца. Перепугала нас до смерти, а потом оказалось, что относила кошку, которую мучил принц Ольд, в соседнюю деревушку.

– Относила кошку? – Залин несколько по-новому посмотрел на девочку, робко примостившуюся на краешке постели. – В таком случае приношу свои искренние извинения принцессе. Кто бы мог подумать, что у нее настолько доброе сердце.

Нинель расцвела в улыбке, не уловив злого сарказма в последней фразе мужчины. А вот Шаная его заметила. Досадливо цыкнула про себя, кутаясь в платок. Да, не стоило тогда в дороге затевать разговор с Залином и его товарищем. Но она даже не предполагала, что ее настолько зачарует танец сверкающих клинков, багровых от отблесков костра, в густой синеве позднего вечера.

– Так что все-таки случилось? – Нинель кивнула в сторону коридора, где еще слышался гул переговоров, обсуждений, беготни, правда, уже без громких восклицаний. – Неужели на монастырь напали?

– Пресветлые боги упаси. – Настал черед Залина суеверно скрещивать указательные пальцы. – Нет, глубокоуважаемая Нинель. Дело куда запутаннее. Меня разбудили на рассвете. Ларашия – помощница Серафии – послала за мной, решив, что я обязан это увидеть первым. Правда, когда я прибыл, по монастырю уже поползли нехорошие слухи. Женщины, что с вас взять, обязательно проболтаетесь, – тут он позволил себе снисходительную усмешку, но моментально посерьезнел и продолжил: – Впрочем, я не удивлен тем, что обнаружившая это послушница стремилась выговориться. Я и сам на ее месте вряд ли бы остался спокойным. Слишком это… страшно…

Последнее слово мужчина выдохнул с каким-то первобытным ужасом. Машинально погладил медальон Пресветлого бога на груди – крохотный меч с алой капелькой рубина в навершии.

– Да что там такое?! – Нинель, изрядно утомленная загадочными намеками и туманными рассуждениями, гневно топнула ногой. Правда, почти сразу же пожалела о вспышке ярости, скривившись от острой режущей боли в ступне.

– Тяжело объяснить словами, – уклончиво отозвался Залин. – Думаю, вам стоит самой взглянуть.

Шаная тоже подалась вперед, но мужчина отрицательно покачал головой.

– А вам, принцесса, лучше побыть здесь, – мягко проговорил он. – Такое зрелище… хм-м… не для глаз маленьких девочек. Мой человек останется около дверей вашей комнаты, поэтому не бойтесь: вас никто не потревожит.

Шаная не стала возражать. Она дождалась, когда Нинель, изрядно заинтригованная словами Залина, крепче подвязала халат и поспешила за ним со всей скоростью, на которую были способны ее искалеченные болезнью ноги. Затем, когда за ними закрылась дверь, негромко скомандовала Дымку, все это время с интересом наблюдавшему за происходящим из-под письменного стола:

– Следи!

Щенок недовольно сверкнул ярко-желтыми глазами, но безропотно растаял струйками тумана. Шаная глубоко вздохнула и зажмурилась. Теперь она будет все видеть при помощи своего верного спутника.

Залин, вынужденный приноравливаться к неспешному шагу старой воспитательницы, не скрывал нетерпения. Нинель и рада бы была идти быстрее, но не могла. В коридоре творилось настоящее столпотворение. Перепуганные послушницы шептались о чем-то, почти перекрыв проход. Они были так увлечены разговорами и обсуждением неведомого, что не сразу замечали Залина и его спутницу. Неповоротливая грузная женщина с трудом протискивалась между стайками встревоженных девушек и не менее взволнованных монахинь. Пару раз она слышала, как в беседах мелькало имя настоятельницы, но о чем именно говорили вокруг, так и осталось для нее загадкой.

– Осторожнее, здесь крутые ступени. – Залин остановился так резко, что Нинель едва не уткнулась носом ему в спину. Приветливо кивнул высокому светловолосому парню, чья внешность была смутно знакома воспитательнице по недавнему путешествию. Она напрягла память и без особого труда вспомнила его имя. Далалий! Да, именно так. Но получается, Залин притащил в монастырь практически всех своих людей, если не целый отряд. У комнаты Шанаи он оставил сразу троих плюс еще один здесь. Наверняка несколько человек охраняют ворота. Да, он действительно чем-то сильно обеспокоен. Но что скрывается в подвале, к спуску в который он сейчас ее привел?