– Слишком поздно. Надо обходиться тем, что имеем.

Все еще шел снег.

Хатч посмотрела на экраны.

– Волна, должно быть, высотой чуть больше метра. Я не уверена, что мы заметим ее.

Карсон нахмурился.

– А что, если опуститься пониже?

Она немного снизилась, но поддерживала скорость триста, пока Карсон не проворчал.

– Не мешало бы двигаться побыстрее.

– Так мы вообще не найдем ее. Надо смотреть очень внимательно. Здесь много волн.

Карсон покачал головой.

– Тогда мы в безвыходном положении. Считается, что цунами можно легко отличить. Ты уверена, что Генри знает, о чем говорит?

– Он твой начальник. Что ты думаешь по этому поводу?

Ричард помогал Жанет упаковывать продукты. Остальные члены отряда Академии прибывали группами по два или три человека. Генри ходил по комнате отдыха кругами, уставясь в пол, и руки за спину.

По комму прозвучал голос Карсона.

– Мы в ста километрах. Пока ничего не обнаружили.

Вошли Триф и Джордж. Значит, всего собралось тринадцать человек. Полная команда.

– Ладно, ребята, – обратился к ним Генри. – Теперь, когда мы собрались все вместе, думаю, надо сказать, что мы собираемся делать. Во-первых, я думаю, что с «Морской точкой» ничего страшного не случится. Но никогда нельзя быть полностью уверенным. Если у нас будет достаточно времени, мы эвакуируемся. Карл принес легкую веревку. Мы образуем цепочку и на реактивных двигателях добираемся до берега. Потом мы немедленно двигаемся в путь. На суше есть возвышенности, и туда легко можно подняться. И тогда через полчаса мы будем в безопасности.

– Что значит, – спросила Энди, – достаточно времени?

– Два часа, – ответил он. – Если у нас не будет двух часов, то придется остаться.

Арт Гибс слушал его стоя. Было видно, что он находится в нерешительности и нервничает.

– Может, поставить вопрос на голосование. Генри?

Взгляд Генри стал тяжелым.

– Нет, – сказал он. – Никаких голосований. Я никому не позволю погибнуть в угоду демократическим принципам.

– Может, никакой волны и нет, – сказал Карсон. – Может, это розыгрыш.

– Возможно, – согласилась Хатч.

В окружающем их мраке прозвучал голос Генри.

– Ну, что, Фрэнк, ничего?

Карсону было неудобно.

– Нет, Генри. Здесь все спокойно.

– Мне кажется, у вас неправильный подход, – сказал Генри. – Вы двигаетесь слишком медленно. Если волна уже близко, тогда не имеет значения, обнаружите вы ее или нет. Все равно она нас накроет. Нам только надо знать, достаточно ли она далеко, чтобы мы успели добраться до берега. Почему бы вам не перейти на самую большую скорость? Если вол на окажется далеко, мы начнем эвакуацию. Если нет, все равно ничего не потеряно.

– Нет, – ответила Хатч. – Мне не много известно о цунами, но я точно знаю, что они идут цугом. Если мы даже обнаружим эту волну, нет никакой уверенности в том, что нет других, гораздо ближе к вам. Мы ищем не просто волну. Мы ищем ближайшую.

Пролетев двести километров, они вошли в полосу шторма.

В беспокойном море играли лунные отблески. И куда ни глянь – плавают айсберги.

Они продолжали полет и следили за экранами и океаном. У них возникло ощущение, что и у Генри уже появилась надежда, что это ложная тревога.

В свете навигационных огней они заметили огромный черный плавник, поднявшийся из воды.

– Кит? – спросила Хатч.

– На Куракуа нет китов. – Карсон посмотрел вниз. – Должно быть, рыба. Но я не очень хорошо знаком с местной фауной. – Потом, не меняя тона, он произнес: – Волна.

Она была длинная и прямая и тянулась ровной линией до самого горизонта. И совсем не высокая. Может, метра два. Ничего угрожающего. Просто рябь, как за прошедшим кораблем.

– Ты уверен? – спросила она.

– Да. Это она.

– Генри, это Хатч. Мы нашли ее.

– Где?

– В четырехстах километрах. Ее скорость пятьсот пятьдесят.

– О’кей, – ответил он. – Мы остаемся.

– Да. На первый взгляд она не кажется такой уж страшной.

Томми Лафери плыл в подлодке не всплывая. Он слышал, как шаттл пролетел над ним и удалился на юг.

– Томми, – это был голос Энди.