— Оставьте меня, — хныкал Гвистил, утирая лоб полой плаща. — Не приставайте с расспросами. Это лучшее, что вы можете сделать. Идите туда, откуда пришли. И забудьте об этом навсегда.

— Как же мы можем сделать такое? — возмутился Тарен. — Аровн не остановится до тех пор, пока не получит Котел назад.

— Конечно, не остановится, — согласился Гвистил. — Он и сейчас не сидит сложа руки. Именно поэтому вы должны прекратить поиски и тихо уйти. Вы только накличете новые беды и несчастья. И пора уже с этим разговором покончить.

— Что ж, придется нам поскорей отправиться в Каер Кадарн и присоединиться к Гвидиону, — сказала Эйлонви.

— Да-да, поспешите, — забормотал Гвистил, и Тарен увидел в его испуганных глазах проблеск надежды. — Я даю вам этот совет из самых лучших побуждений. И я рад, безмерно рад, что вы собираетесь последовать ему. Вы конечно же пожелаете выйти на свою прежнюю дорогу, — добавил он, радостно оживляясь. — Очень мудро. Я, к несчастью, вынужден оставаться здесь. Завидую вам, право же. Но уж такова жизнь. Мало кому удается изменить ее. Что поделаешь? Приятно было встретиться с вами. До свидания.

— До свидания? — задохнулась Эйлонви. — Если мы высунем отсюда нос, а Охотники тут как тут, поджидают нас… да это будет уже не «до свидания», а «прощайте»! Доли сказал, что твоя обязанность — помогать путникам. А ты не сделал ничего! Кроме разве что вздохов, ахов и охов! Если это самое лучшее, на что способен Красивый Народ, я поздравляю тебя, Доли!

Гвистил снова хлопнул себя по голове ладонями.

— Пожалуйста, прошу тебя, не кричи. Я сегодня не в состоянии переносить крики. В особенности после того, как сюда втолкали лошадей. Хорошо. Пусть один из вас пойдет и посмотрит, здесь ли Охотники. Будет ли от этого польза, не знаю. Они ведь могли как раз в этот момент куда-нибудь отлучиться.

— Интересно, кого это собираются послать поглядеть? — пробормотал карлик. — Конечно же старину Доли! Хватит. Пора прекращать эти игры в невидимку.

— Я мог бы дать вам кое-что, — вмешался Гвистил. — Не то чтобы это очень уж помогло. Это нечто вроде порошка, который я иногда использую при необходимости. Я берегу его на случай непредвиденных обстоятельств.

— О чем это ты тут болтаешь, земляная жужелица? — проворчал Доли.

— Да, э… я имею в виду… э-э-э… для самой крайней необходимости, — залепетал, бледнея, Гвистил. — Держу для себя. Но не обо мне сейчас речь. Вы можете взять это. Я отдам вам весь порошок. Пошли… Вы посыпаете им ноги, копыта и тому подобное, в общем — то, чем ходите, — объяснял Гвистил на ходу. — Он, правда, не очень хорошо действует. Но главное — не стоит суетиться. Потому что он стряхивается, стирается, одним словом. Естественно, если вы ходите, шевелите ногами, он будет стряхиваться. Тем не менее на какое-то время он скроет ваши следы.

— Это то, что нужно, — обрадовался Тарен. — Если мы сумеем замести следы, то сможем и убежать, скрыться от Охотников.

— Я дам вам порошка, — с воодушевлением продолжал Гвистил — И это не займет много времени.

Он уже выходил из комнаты в коридор, когда Доли крепко ухватил его за руку.

— Гвистил, — сурово сказал карлик, — у тебя уклончивый и трусливый взгляд. Ты можешь обмануть людей. Но не забывай, что ты имеешь дело и с одним из представителей Красивого Народа. У меня такое чувство, — Доли сжал Гвистила посильнее, — что ты желаешь поскорей от нас избавиться. А вот интересно, что будет, если я стисну тебя посильнее? Какое выражение появится у тебя в глазах?

При этих словах Гвистил закатил глаза и грохнулся в обморок. Карлику пришлось его приподнять и держать, пока Тарен и остальные обмахивали несчастного кто чем мог.

Через некоторое время Гвистил открыл один глаз.

— Извините, — выдохнул он, — мне сегодня не по себе. Плохие новости про Котел. Одна из тех новостей, которые не совсем приятны.

Вдруг ворона, которая молча и неподвижно наблюдала за всем происходящим, взглянула на хозяина глазом-бусинкой и захлопала крыльями с такой силой, что дремавший по-прежнему у огонька Гурджи вскочил на ноги.

— Ордду! — прокричала Карр.

Ффлевддур с удивлением повернулся к ней.

— Вообразите себе! — воскликнул он. — Эта птица сказала вовсе не «карр», как ей бы и полагалось. Во всяком случае, мне так кажется. Мог бы поклясться, что она произнесла нечто вроде «ор-ду»!

— Орвен! — проскрипела Карр. — Оргох!

— Вот, — сказал Ффлевддур, изумленно глядя на птицу. — Она сделала это опять! И по-другому!

— Странно, — согласился Тарен. — Звучит не по- вороньи, а как какое-то «ордду-орвен-оргох»! Вы

только взгляните на нее! Носится туда-сюда по жердочке, будто чем-то ужасно взволнована. Надеюсь, мы ее ничем не обидели?

— Она ведет себя так, будто желает что-то сообщить нам, — предположила Эйлонви.

Тем временем лицо Гвистил а приобрело цвет застарелого сыра.

— Ты, как я вижу, не хочешь, чтобы мы поняли ее, — сказал Доли, грубо хватая насмерть перепуганного Гвистил а — Но она-то хочет нам что-то сказать. Уж на этот раз я тебя так прижму, Гвистил, что ты и вздохнуть не сможешь!