Шрифт:
— Откуда он у вас?
— А вы знаете, что такое грант? Так вот, я и моя команда в долгой и кровавой борьбе выиграли очень большой грант. И теперь те люди, что выбрали меня, требуют своего.
— Вам вот так запросто передали это оружие?
— Запросто? — Саркастически улыбающийся Бенелли мотнул головой. — Передали? Нет, конечно! Длинная цепь тщательно спланированных случайностей, чтобы никто ничего не мог заподозрить, — и материал оказался у меня, здесь, на этой территории. Думаете, почему я не могу вызвать еще одного технического специалиста вместо погибшего? Да потому что люди, устроившие мне доступ к материалу, обрубили все концы.
— И кто эти люди?
— Да откуда мне знать, Олег Иванович! Вы что, смеетесь надо мной?! Думаете, я какой-то там мировой воротила? Мне лишь на секунду дозволили заглянуть под уголок огромного одеяла, под которым идет такая возня, что вся планета содрогается… И я, знаете ли, теперь не уверен, что буду жить в этой своей Африке. Возможно, мы с вами сейчас находимся в одинаковом положении. У меня, впрочем, есть план…
— Да, план обычно есть у всех, — негромко сказал Олег.
— Что?
— Нет, ничего… Просто… — Олег вернулся за клавиатуру ноутбука и сформировал управляющий код. — Я подумал тут, а почему бы вам просто не взорвать эти баллоны. Можно их распилить, в конце концов. Зачем вам нужен я? Зачем вся эта возня с электроникой, с замками?
— А вы разве не знаете? — искренне удивился Бенелли. — У вас же куча документации — там должно быть написано, что материал защищен от подобного грубого вмешательства. Повреждение внешней оболочки приводит к уничтожению материала. Это какая-то химия, что ли — температура внутри мгновенно поднимается, и газ разлагается.
— Да… — вспомнил Олег. — Читал что-то такое… Там очень странный язык. Похожий на английский. Но другой…
— В цивилизованном мире химическое оружие запрещено, — заметил Бенелли. — Все разработки ведутся в странах третьего мира. Под контролем, конечно же, тех, кто дает на это деньги. Вы думаете, почему американцы убили Саддама и какое такое оружие они искали в Ираке?
— Высокая температура… — пробормотал Олег, уже не слушая словоохотливого собеседника. — Да-да… Я же читал… Это такая защита…
— Что? — не сразу понял его Бенелли. — А, ну да. Защита, если кто-то непосвященный полезет туда, куда ему не положено. А еще эти электронные нашлепки посылают сигналы своим хозяевам. И те контролируют, где находится материал, сколько его было использовано, когда сработали замки, и черт знает что еще. Потому открывать контейнеры нужно только так, как велит инструкция, — это одно из условий сделки. А мы, черт бы побрал, лишились единственного человека, кто умел это делать.
— Что же с ним случилось?
— Он дохнул газа.
— И? — Олег нажал клавишу ввода.
— И убил двух моих людей.
— Вы его застрелили?
Ноутбук пискнул.
— Нет. Те двое тоже надышались. Они разодрали друг друга в мясо. Мы их трупы даже растащить не смогли, так они сцепились.
Светодиоды на черной нашлепке погасли. На сегментном индикаторе засветились цифры — пошел обратный отсчет— «10», «9», «8»…
— Что это? — спросил Бенелли, подавшись вперед и вытянув шею. — Ты сумел, да? Смог?!
— Кажется, да, — тихо ответил Олег, не зная, должен ли он сейчас радоваться. — Открывать их я вроде бы научился. Но как настроить таймер, я даже не представляю.
Черная нашлепка треснула. На сегментном индикаторе загорелся «0».
ДЕСЯТЬ ЧАСОВ ДО…
Странный человек был этот Бенелли. Совсем не похожий ни на расчетливого террориста, ни на равнодушного убийцу. Он выглядел как бизнесмен средней руки, вел себя словно герой шпионского боевика, говорил как выпускник МГИМО. Причудливо, должно быть, сложилась его судьба, раз теперь он занимается тем, чем занимается.
А вот люди, что его окружали, выглядели как обычные бандиты…
Олег покосился на своего охранника. Тот зевал: ночь у них обоих выдалась бессонная, трудовая; они провели ее в «лаборатории» — Олег копался в файлах и бумагах, так и этак двигая разложенные на полу документы, словно пасьянс из них складывал, а приставленный к нему бородатый здоровяк шумно боролся со сном, иногда проигрывая и ненадолго затихая.
Под утро пасьянс окончательно сложился…
Олег еще раз все внимательно оглядел, бегло перечитал не по-русски писанные строки, еще раз все обдумывая, отыскивая слабые места в своем плане.