– Ваши с ним отношения можно назвать близкими, когда он вырос?

– Конечно.

– Какие у Питера были отношения с его братом?

– Нормальные…

– А с отцом?

Лейси замолчала. Она чувствовала присутствие Льюиса в зале суда так же явно, как если бы он стоял рядом, и вспомнила, как он шел под дождем по кладбищу.

– Думаю, что Льюис был больше привязан к Джойи, а у меня было больше общего с Питером.

– Питер когда-нибудь рассказывал вам о проблемах, которые были у него с другими детьми?

– Да.

– Протестую, – сказала прокурор. – Показания с чужих слов.

– На этот раз я отклоняю протест, – ответил судья. – Но вы, мистер МакАфи, следите, пожалуйста, за своими вопросами.

Джордан опять повернулся к ней.

– Почему, как вы думаете, у Питера были проблемы с другими детьми?

– Его дразнили, потому что он был не такой, как они. Он не был спортивным мальчиком. Он не любил играть в казаки-разбойники. Он был артистичным, творческим, мечтателем, и из-за этого ребята смеялись над ним.

– Что делали вы?

– Я пыталась сделать его более жестким, – призналась Лейси. Произнося эти слова, она обращалась к Питеру и надеялась, что он услышит ее извинения. – Что делает любая мать, когда видит, что ее ребенка дразнят? Я говорила Питеру, что люблю его, что те ребята ничего не понимают. Я говорила ему, что он удивительный, сострадательный, добрый и умный, такой, какими хотят быть все взрослые. я понимала, что те качества, за которые его дразнят в пять лет, станут его достоинствами в тридцать пять… но я не могла сделать его взрослым в один момент. Невозможно ускорить жизнь своего ребенка, как бы сильно этого не хотелось.

– Когда Питер перешел в старшую школу, миссис Хьютон? – Осенью 2004 года.

– Там Питера тоже дразнили?

– Еще больше, чем раньше, – сказала Лейси. – Я даже попросила его брата присмотреть за ним.

Джордан подошел к ней ближе.

– Расскажите мне о Джойи.

– Джойи все любили. Он был умным и отличным спортсменом. Он находил общий язык со взрослыми так же легко, как и с ровесниками. Он… ну, он был одним из лучших в этой школе.

– Вы, должно быть, очень им гордились?

– Гордилась. Но, думаю, из-за Джойи у учителей и учеников сложилось определенное представление о мальчике из семьи Хьютонов еще до появления Питера. И когда он туда пришел, люди поняли, что Питер не такой, как Джойи, и ему стало еще хуже.

Она видела, как менялось лицо Питера, пока она говорила, словно менялись времена года. Почему же она не воспользовалась возможностью, когда она у нее была, и не рассказала Питеру, что она понимает? Понимает, что Джойи отбрасывает слишком большую тень, из-за которой Питеру трудно найти место под солнцем?

– Сколько лет было Питеру, когда погиб Джойи?

– Он заканчивал второй курс старшей школы. [28]

– Наверное, это стало сокрушительным ударом для семьи? – сказал Джордан.

– Да.

– Что вы делали, чтобы помочь Питеру справиться со своим горем?

Лейси опустила глаза на свои руки.

– Я была не в состоянии помочь Питеру. Я не могла помочь даже себе.

– А ваш муж? Он поддерживал Питера в тот момент?

– Думаю, мы оба думали только о том, как пережить каждый следующий день… Собственно говоря, только благодаря Питеру наша семья выжила.

– Миссис Хьютон, Питер когда-нибудь говорил, что хочет причинить боль людям в школе?

У Лейси сжалось горло.

– Нет.

– Вы когда-нибудь замечали в Питере какие-то черты, говорящие о том, что он способен на такой поступок?

– Когда вы смотрите в глаза своего ребенка, – тихо сказала Лейси, – вы видите только того, кем мечтаете его увидеть, а не то, чего видеть не хотели бы.

– Вы когда-нибудь находили планы или записи, свидетельствующие о том, что он планировал это преступление?

По ее щеке скатилась слеза.

– Нет.

Джордан заговорил мягче:

– А вы искали, миссис Хьютон?

Она вспомнила, как убирала в столе Джойи, как стояла над унитазом и спускала наркотики, которые тот прятал в ящике.

– Нет, – призналась она. – Не искала. Я думала, что помогаю ему. После смерти Джойи я хотела только удержать Питера возле себя. Я не хотела вмешиваться в его личное пространство, я не хотела с ним ссориться, я не хотела, чтобы кто-нибудь когда-нибудь причинял ему боль. Я просто хотела, чтобы он всегда оставался ребенком. – Она подняла глаза, теперь уже плача. – Но родителям нельзя этого делать. Потому что родители обязаны позволить своим детям повзрослеть.