— Сколько же тебе их нужно?!

— Как можно больше. — Он зашаркал к черному входу. — Когда устанешь — брось.

Лоретт смотрела на армию стеклянных банок. Тут были банки любого калибра и любой формы, от старых, голубоватых, до новых, с иголочки, кварт, пинт и полпинт. Она не понимала, для чего их мыть, но старательно мыла. Закончив с теми, что стояли на мраморной стойке, она спустилась в подвал и принесла еще. Если это доставляет удовольствие дедушке, то что тут плохого? К тому же в это ленивое июньское утро у нее не было никаких срочных дел.

Из окна кухни она видела, что покрытые густыми лесами склоны гор подернуты туманом. Таким всегда был штат Теннесси, таким всегда она его помнила — зеленым и безмятежным. Лоретт почувствовала расслабляющее умиротворение, и оно не покидало ее до самого вечера.

Она отправилась в сарай, чтобы позвать дедушку обедать. Там его не было, но когда она вошла в сумрачное помещение, то обнаружила нечто совершенно иное: большой набор медных чанов и изогнутых труб, мешки зерна, солода и сахара... Выходит, дед организовал целый перегонный завод!

2

Лоретт застыла с разинутым ртом, разглядывая коллекцию специфических предметов, а также выстроившиеся вдоль стены сарая банки с желтоватой жидкостью.

— Лоретт! — кто-то позвал ее. — Ты где?

Она испустила тяжкий вздох отчаяния: это не был голос дедушки. Это был голос Джеффа. Лоретт лихорадочно озиралась в этом баночном царстве. Что же делать? Хотя Джефф пришел навестить ее как друг, он оставался полицейским! Стоит ему увидеть эту винокурню — и деду крупно несдобровать!

— Лоретт! — Джефф стоял теперь прямо у двери сарая.

Пытаясь преодолеть охватившую ее панику, она дрожащими руками схватилась за воротник бирюзовой блузки, потом за джинсы. Едва дыша от страха, Лоретт захлопнула за собой дверь и сделала несколько шагов вперед, подталкивая Джеффа в спину.

— Хэллоу, Джефф!

Она была вся такая солнечная, такая приветливая и такая приятная... и она быстро отвела его от сарая.

— Заходи в дом, я угощу тебя чашкой чая со льдом, — бросила она ему через плечо.

— Думаю, это можно себе позволить...

Лоретт уже поднялась по ступенькам на крыльцо — Джефф следовал за ней, — как вдруг сообразила, что вся кухня уставлена этими злосчастными банками для консервирования. Девушка замерла на верхней ступеньке: она не сразу догадалась об их истинном назначении, но Джефф-то наверняка не был столь наивным!

Лучезарно улыбаясь, она повернулась к нему:

— Впрочем, если размышлять здраво, сейчас уже наступило время обеда. Не хочешь ли отвезти меня куда-нибудь пообедать?

Джефф с любопытством посмотрел на нее.

— Ну а как быть с твоим дедом?

— Что ты имеешь в виду? — осторожно выдохнула она. Может, Джеффу уже все известно о винокурне? Может, он явился, чтобы арестовать его?

— Что ему приготовить на обед? — уточнил свою мысль Джефф.

Она чуть не задохнулась от облегчения.

— Нет, он любит готовить себе сам! — беззаботно сообщила Лоретт.

На губах Джеффа появилась довольная улыбка.

— Отлично! Мне нравится идея пообедать только с тобой. — Он сошел с последней ступеньки крыльца. — Ммм, ты сегодня так чудесно пахнешь!

— Да это всего лишь от мыла! — ответила Лоретт, надеясь что он учуял лишь запах мыла. «А может, запах паров из сарая?» — мелькнула мысль.

Она быстро зашагала прочь от крыльца.

— Ты, я вижу, сегодня свободен?

Он был просто неотразим в джинсах, плотно облегающих мускулистые ноги, и в шотландке зеленого цвета с открытым воротом.

— Что-то вроде того. Правда, я уже ходил в контору, чтобы закончить кое-какие дела. О них я и хотел бы с тобой поговорить. Я пытался тебе позвонить, но телефонистка ответила, что ваш телефон отключен.

— Да, тут небольшое недоразумение. Нужно во всем разобраться. — И она быстро сменила тему разговора: — Так о чем ты хотел со мной поговорить?

— Мы все обсудим за обедом.

Они подошли к его новому седану серого цвета, никелированные части и зеркала которого были надраены до ослепительного блеска.

— Что бы ты хотела на обед? — спросил Джефф, открывая перед ней дверцу.

— Гамбургера будет вполне достаточно, — рассеянно прошептала Лоретт.

Из головы у нее не шел дедушка с его винокурней. Когда Джефф отъехал от тротуара, она оглянулась на дом. Вернувшись, она сразу же попытается убедить дедушку отказаться от этого предприятия: ему грозили большие неприятности со стороны не только местной полиции, но и федеральных властей.