Стефани сбросила туфли и забралась на кровать, согнув колени и обхватив их руками.

— Отец против подарков, особенно за успехи в учебе.

— Он просто свинья.

— Давай прекратим разговор о моем отце. — Стефани махнула сценарием, который принесла с собой. — Я пришла сюда, чтобы ты помогла мне с первой сценой во втором акте. Я в ней ужасна.

— У тебя все получится. Перестань волноваться из-за этого проклятого спектакля. — Трэси выхватила сценарий из рук Стефани и отбросила его в сторону. — В конце концов, на этот вечер у нас были другие планы. — Она подошла к шкафу, вытащила из него большую коробку, завернутую в золотистую фольгу, и протянула ее Стефани.

— Что это? — с загоревшимися от волнения глазами спросила Стефани.

— Подарок по случаю окончания школы.

— О, Трэси, это так мило с твоей стороны.

— Знаю. Давай же открывай.

Как ребенок в новогоднюю ночь, Стефани разорвала бумагу и подняла крышку коробки. В белоснежной оберточной бумаге лежали джинсы «Глория Вандербилт» и серый джемпер с изображением группы «Битлз», выполненным вручную.

На прошлой неделе Стефани любовалась этим комплектом, выставленном в витрине магазина. Она уже почти решилась купить его, собираясь спрятать до отъезда в колледж, но в последнюю минуту передумала. Ее отец всегда требовал, чтобы она показывала ему свои покупки, и Стефани не хотелось, чтобы он случайно обнаружил спрятанную от него обнову.

— Ты запомнила! — Спрыгнув с кровати, Стефани мигом разделась и натянула на себя новые джинсы и джемпер. Она повертелась перед подругой, положив руки на пояс. — Превосходно сидит.

— Ну и хорошо. А теперь еще один подарок. — Трэси взяла Стефани за руку и подвела к туалетному столику. — Садись.

— Зачем? — рассмеялась Стефани.

— Собираюсь сменить твой облик, — ответила Трэси, открыв ящик и вытащив оттуда набор заколок, расчесок и шпилек. Она взяла в руки прядь длинных волос Стефани и стала их расчесывать.

— Почему мне нужно менять внешность?

— Разве ты не слышала? В городе карнавал. И мы на него пойдем.

— Трэси, ты с ума сошла?! — Стефани вскочила. — Я не могу пойти на карнавал. Там будет миллион народа. Мой отец все узнает и…

— Твой старик никогда не узнает, что ты была на карнавале, потому что тебя никто не узнает. — Трэси снова усадила подругу на стул.

Смотрясь в зеркало, Стефани наблюдала, как постепенно меняется ее внешность.

— Я никогда не выйду на улицу в таком виде, — скептически произнесла она, покачав головой.

— Куда ты денешься?! — ответила Трэси.

— Ты на самом деле думаешь, что я такой покажусь на людях? — истерично рассмеялась Стефани через несколько минут, когда Трэси сделала подруге прическу, смахивающую на улей.

— Я еще не закончила. — Трэси взяла темно-красную губную помаду и покрасила губы Стефани.

— И наконец последняя деталь. — Трэси извлекла из ящика туалетного столика старые солнечные очки. Опустившись на колени так, чтобы ее голова оказалась на уровне лица Стефани, Трэси надела очки на подругу и отступила назад, любуясь своей работой, как художник нарисованной им картиной.

— Замечательно. А теперь пойдем веселиться.

Аттракционы двухнедельного весеннего карнавала в Колумбусе удовлетворяли самые привередливые вкусы гостей — карусели и сказочники для детей, всевозможные игры для людей пожилых, но оставшихся в душе молодыми, концертные программы на открытом воздухе для любителей музыки.

Чувствуя себя абсолютно неузнаваемой в новой одежде и с новой прической, Стефани маленькими глотками потягивала кока-колу, пока Трэси пробовала счастье в игре «расшибалочка».

— Эй, и это все, что я выиграла? — с возмущением спросила Трэси, когда аттракционщик протянул ей матерчатого медвежонка размером не больше ладони.

— Если вы хотите медведя побольше, вы должны победить в пяти играх подряд.

— Нужен закон против такой обдираловки, — недовольно покачав головой, Трэси сунула приз в свою красную сумку из холста.

— Ты говоришь уже как адвокат, — рассмеялась Стефани и увела подругу от аттракциона.

— Трэси! — раздался оклик за их спиной. — Трэси Бушанан!

— О нет, — простонала Стефани, — это Кевин Лорд. Он наверняка узнает меня. — Отец Кевина дружил с Уорреном Фаррелом, а сам молодой человек влюбился в Стефани много лет назад и не спускал с нее глаз всякий раз, когда оказывался рядом. Поправив очки и убедившись, что они крепко сидят на носу, Стефани отвернулась. — Ты можешь отделаться от него?

— Попробую. Не дергайся.

— Привет, давно не виделись, — сказал Кевин, догнав девушек. — Ты хорошо выглядишь.