— Наверное, счета за электричество выпирают через крышу, — прошептал доктор Майк.

Джон, словно школьник, поднял руку — впрочем, происходящее действительно напоминало урок.

— Почему это так важно? Почему вы ни разу не отключали систему?

Глаза Кляйнмана за толстыми очками заметно сузились от недовольства.

— По той же самой причине, по которой не отключается ваш мозг. Любое «зависание» приводит к гибельным последствиям. При перебоях в питании или отключении системы данные, сохраненные в «К-Креях», будут повреждены. Вы видите перед собой электронный эквивалент гиппокампа. Хранилище воспоминаний. «Зависание» компьютера будет равноценно сильному сотрясению мозга, которое обычно приводит к травмам или потери памяти.

Килрой 2.0 указал рукой на гудевшие контейнеры, которые тянулись вдаль под ними.

— Каков объем сохраняемых данных? На какое количество байтов рассчитана система?

— Наш комплекс может сохранять один экзабит двоичной информации — то есть это один квинтиллион байтов, что в миллионы раз больше объемов памяти нынешних персональных компьютеров, — ответил Кляйнман. — Конечно, если бы лет двадцать назад мы обладали знанием о контроле сетевого доступа DNAC, наша потребность в физических хранителях информации могла быть значительно меньше.

— Д… что? — спросил Майкл.

Килрой 2.0. открыл было рот, собираясь ответить, но генерал остановил его сердитым взглядом.

— Не забивайте себе голову излишней информацией, — сказал Хилл. — Если вам действительно интересно, расспросите хакера. Но только позже! Мы и так уже потратили здесь много времени.

Когда генерал отвернулся, лунатик высунул язык и скорчил ему рожу.

— В этих устройствах хранится память Джона Альфы, — продолжил Кляйнман. — Память каждого из вас. Все ваши воспоминания от момента рождения до четырнадцатилетнего возраста. Так как мы используем двоичный код, данные не портятся и не искажаются. При необходимости мы можем загрузить их в ум другого человека прямо сейчас, и эти воспоминания будут такими же свежими и реальными, какими они были для каждого из вас шестнадцать лет назад.

— Если вы сделаете это, ваша информация будет смущать человека нестыковками во времени, — проворчал Килрой. — Он станет ходячим анахронизмом.

— Прекрасное замечание! — произнес доктор Дефалько.

— Конечно прекрасное, — отозвался хакер.

— Значит, это по-прежнему живет в ваших устройствах? — спросил отец Томас.

Все повернулись, чтобы взглянуть на него.

— Я имею в виду воспоминания. Все то, что они включают в себя.

Дефалько еще раз хохотнул, будто Санта.

— Вы воображаете себе «узника компьютера»? — спросил помощник Кляйнмана. — Нет-нет. Это просто сохраненные файлы. Фиксированные данные, к которым ничего не добавляется и из которых ничего не удаляется. Вы можете загружать их снова и снова. Программа передается без изменений. Она ничего не чувствует.

— А как насчет души? — спросил Томас. — Вы поместили в тюрьму наши чувства и эмоции, персональные…

— Достаточно! — рявкнул Хилл.

Джон снова почувствовал тошноту. Гул контейнеров сверлил его мозг. Сколько здесь могло родиться новых Джонов Смитов? Легионы? Полчища? Он заморгал, отвернулся от темной армии «К-Креев» и с трудом сглотнул слюну.

— Вы сказали, что планировали это хранилище с запасом. Что конкретно вы имели в виду?

— Я действительно так сказал, — ответил Кляйнман. — Мы переоценили потребности хранилища для записи одной полной памяти. Получив информацию из мозга Джона Альфы, мы поняли, что наш суперкомпьютер способен сохранить по крайней мере еще три записи о полной памяти других людей. Я счел такую возможность просто вдохновляющей!

— Вдохновляющей?

Джон обернулся и посмотрел на генетика. Лицо Джека стало алым под густой бородой. Он вцепился руками в бортик помоста. Костяшки его пальцев на фоне черного металла казались неестественно белыми.

— Значит, вы записали память еще троих человек? Вы продолжаете клонировать людей? Ах вы сукин сын! Играете роль Бога и калечите чужие судьбы? Вам мало было меня? Вам мало было нас?

Кляйнман испуганно отступил назад. Один из солдат, громко топая ботинками по металлическому помосту, метнулся к генетику. Джек покорно поднял руки, сдаваясь на милость победителей.

— Мы не клонировали других людей, — ответил Кляйнман. — После вас мы не использовали эту систему. Точнее, после Джона Альфы.

Старик снял очки и потер ладонью глаза. Взглянув на генерала Хилла, он тихо прошептал:

— Пора рассказать им об Альфе.

Большой тридцатидюймовый плоский экран сиял в темноте, озаряя комнату с куполообразным потолком. В открытых окнах струились каскады данных. Несколько уменьшенных веб-страниц прокручивали видеоролики. Будь здесь Килрой 2.0 — этот бормочущий псих, — он оценил бы происходящее. Но «здесь» — или то тайное место, где Спец(к) знакомился с плодами подпольного киберпроекта, — находилось за сотни миль от базы «Седьмого сына». И вряд ли Спец(к) хотел бы видеть тут Килроя. По правде говоря, он вообще не хотел бы его видеть. Потому что в хорошем обществе приглашение в свой дом заклятого врага, которому ты готовишь смертельную западню, считалось дурным тоном.