Трава перед Семёном была сожжена в пепел – вся, до горизонта; вместо далёких правильных гор теперь высился какой-то длинный корявый бугор, светившийся в вечерних сумерках оранжевым лавовым светом – со стороны бугра доносились раскаты грома; земля под Семёном изредка тяжело вздрагивала.

– Мар, что случилось? – Семён попробовал встать, но земля опять пошла ходуном и он решил не рисковать. – Землетрясение? Извержение вулкана? Что?!

– Ше… Шершень, – дрожащим голосом ответил медальон. – Он т-тебя ужалить хотел. Вот.

– Ну и что? – нетерпеливо спросил Семён. – Дальше что было?

– А я мух… муховым заклинанием его прихлопнуть хотел. Весь заряд одним махом использовал! Думал, оно слабенькое, а шершень, гад, крупный… – Мар явно был в шоке. – И траву сжёг… и г-горы… и за горами тоже что-то взорвалось. И в небе дырка была… большая д-дырка, со звёздами. Круглая. Потом затянулась. А шершень улетел. Промахнулся я!

Земля перестала трястись – Семён встал на ноги, оглянулся: море отступало от берега. Отлив был слишком быстрым, слишком. Это походило на…

– Мар, включай транспортник, – вне себя крикнул Семён. – Сейчас цунами привалит! Волна будет, громадная!

– Включил, – вяло ответил Мар. – Как стрельнул, так с испугу и включил. Минут пять тому назад.

– Не успеем, – Семён лихорадочно оглядывался, ища путь к спасению: бежать к расплавленным горам было глупо – слишком далеко, всё одно волной накроет! Размажет как козявку… И откуда такая силища в заклинании оказалась, в магической упаковке со столь невзрачным названием. Откуда?!

– Муховое заклинание, блин, – стукнув себя по лбу, вдруг проорал Семён. – «Повелитель мух» – это же одно из имён Сатаны! Ничего себе средство от насекомых! Ну ты, Мар, и выдал… Орёл! А орлы, как известно, мух не ловят. Они по ним атомной бомбой шарашат!

– Я не хотел, – заскулил медальон, – не знал я! Ну что за день сегодня такой неудачный, слов нету. Прямо всё одно к одному катит… Пятница сегодня что ли, тринадцатое? По здешнему календарю.

Со стороны моря потянуло холодным ветром, Семён обернулся – к берегу шла волна. Высоченная, тёмно-серая, в языках пены – волна надвигалась неотвратимо и спрятаться от неё было некуда.

– Хватит паниковать! Быстро найди какое-нибудь подходящее заклинание, – раздражённо потребовал Семён. – Подземное, подводное, полётное… что есть, то и используем! Выбирать некогда. Иначе… иначе… Погоди-ка с заклинаниями, – Семён приложил ладонь ко лбу козырьком. – В смысле – ищи, но пока не применяй. Ого! Наш беглый святой объявился. Что-то сейчас будет… Интересно – что?

Молодой человек в фиолетовых одеждах возник на гребне надвигающейся волны: волна была ещё далеко, и человек выглядел игрушечным, но был хорошо различим в лучах заходящих солнц. До мельчайших подробностей.

Беглый святой взмахнул руками, словно поприветствовал Семёна – серая водяная стена затормозила свой бег, остановилась и неторопливо стала уменьшаться, растекаться: море постепенно возвращалось на место, заливая обнажённое дно приливной волной. Обычной, неопасной. Через несколько минут тихая водяная гладь по-прежнему расстилалась перед Семёном, как будто ничего и не было: ни быстрого отлива, ни цунами. Только серый цвет взбаламученного моря напоминал о случившемся, да и тот исчезал, таял на глазах, сменяясь привычной синевой.

Молодой человек, точно на коньках, нёсся к берегу: на секунду притормозив возле Семёна, человек в фиолетовом недовольно покачал головой, погрозил опешившему Семёну пальцем, и помчался дальше, к разрушенным горам; ноги конькобежца-святого земли не касались.

– Как нашкодившего мальчишку, – пробормотал Семён. – Как сопляка-несмышлёныша… Даже ругать не захотел. Да кто он такой?!! – ответа не было. И не могло быть.

Потому что заклинание возврата сработало и Семён исчез из Чокнутого Мира.

Семён оказался среди берёз, неподалёку от дома, подаренного ему Кардиналом.

В этом Мире было позднее утро: солнце ещё не взобралось на небо, но уже заглядывало сквозь верхушки берёз, согревая и высушивая мокрую землю – недавно прошёл дождь, трава была сырой и скользкой; по верхушкам деревьев пробежал лёгкий ветерок, и Семёна окатило водой с листьев. Превратив сетчатое трико в спортивный костюм, Семён припустил к дому, спасаясь от дождевой росы.