Еще одна проблема со знаком заключается в том, что он спроектирован как символ, который пишется перед числом. А во многих странах так не пишут. Во Франции, в Германии, в России и других странах символ пишется после значения.

Остается только поздравить друг друга с одним из самых уродливых знаков в наборной кассе.

26 декабря 2001

Что может быть проще пиктограммы? Ее задача кажется совершенно понятной — передать информацию короче, быстрее, понятнее, эффективнее, чем слово.

В какой-то момент развития графических интерфейсов сначала производители, а потом и потребители решили, что на этих самых интерфейсах сошелся клином белый свет. И образованные, умеющие читать люди вдруг обнаружили недетскую страсть к пиктограммам и идеограммам.

Хозяйке на заметку

Вволю намучившись с идеограммами, человечество придумало алфавитное письмо. Именно с помощью этого вида письма автор написал то, что читатель сейчас прочел. Вроде работает. А теперь посмотрим на иллюстрацию:

Это навигационное меню программы «Акробат ридер». Красным обведено то, на что надо обратить внимание. Внимание! Необходимо ответить на один простой вопрос: что обозначают пять пар стрелок? Разумеется, это «вправо-влево» и «вперед-назад». Но что влево? И что вправо?

Чтобы узнать ответ, нам придется открыть «Акробат», подвести курсор к каждой из стрелок и прочитать подсказку. Подсказка, разумеется, будет написана старыми добрыми буквами, которых так стеснялись разработчики интерфейса.

Ну хорошо. А что если мы берем знаки, значение которых может трактоваться только одним образом? Скажем, дорожные знаки. Прекрасный пример простоты и понятности. Заедем с ревизией в Санкт-Петербург, на Невский проспект.

В кадр попало сорок пять знаков, висящих над одним перекрестком. Плюс реклама. В жизни это выглядит страшнее — столько же знаков висит для едущих в обратную сторону. Очевидны благие намерения тех, кто знаки вешал — им хотелось, чтобы над каждым рядом висели все необходимые указания. Но водитель смотрит на мир шире — чуть шире 180 градусов, если быть точным. И в его поле зрения попадают все знаки. Плюс реклама.

Человек в состоянии моментально увидеть и распознать некоторое ограниченное количество объектов (скажем, семь или пятнадцать). Эти объекты должны быть разными, чтобы не превратиться в кашу, требующую значительного времени на анализ. В идеальном навигационном интерфейсе человек не должен испытывать затруднений с ответом на вопросы «где я», «из чего я выбираю» и «куда я попаду».

Если пиктограммы и знаки имеют несколько трактовок (то есть становятся идеограммами) или просто непонятны, то их значение необходимо дублировать текстом.

Использование простого знака Берлин, 2002

Использование идеограммы с текстом Амстердам, 2001

28 декабря 2001

Так получилось, что за свою недолгую историю книгопечатание не принесло нам разнообразия в оформлении наборного текста. Разбавлять «одинаковость» можно разными шрифтами, форматами и размерами.

Если мы набрали текст каким-то шрифтом, наши дальнейшие маневры весьма ограничены. Можно увеличить интерлиньяж (расстояние между строками), выровнять строки по правому или по левому краю. Подчеркнуть интонацию на письме почти нечем — в наличии щепотка знаков препинания.

Есть еще несколько типографских способов обозначить смысловую часть. Эти способы делятся на позволительные и непозволительные.

Позволительные: жирное начертание, полужирное начертание («п/ж») и курсив. Непозволительные: разбивка, подчеркивание, выделение цветом. Сразу скажем, что непозволительны эти три способа только в основном наборе текста. В качестве акциденции (т. е. специального художественного оформления, для заголовков, на плакатах и пр.) они пригодны. Но в книге (по глубочайшему убеждению автора) использовать разрядку или подчеркивание категорически нельзя — эти приемы появились от безысходности во времена пишущих машинок — надо же было хоть как-то выделять слова.

Получается, что в наследство от предков нам достались только два пригодных способа выделять слова в тексте: полужирным и курсивом.

Хозяйке на заметку

В наборе можно использовать полужирное и курсивное начертания безо всяких зазрений совести. Полужирный больше подходит для заголовков, курсив — для выделения слов без изменения оптической равномерности полосы. Полужирный тоже подходит для выделения слов в тексте, но у него есть одна особенность — жирное слово видно на полосе еще до того, как читатель дошел до выделенного места. Поскольку это может лишить читателя заготовленного автором сюрприза, лучше в таких случаях использовать курсив. Он достаточно выделяет слова, но не бросается в глаза, пока взгляд не подойдет к нужной строке: