— Гы-гы! — промычал пленник и вдруг затрясся в беззвучном смехе.

— Заткнись! — гневно прошипел Брул, метнув на него угрожающий взгляд. — Скажи лучше — там был проход?

Он знаками пояснил свой вопрос, и человек в безрукавке с готовностью закивал головой. Вскочив на ноги, он вдруг бросился на стену и с размаху ударился об нее плечом. В земляной толще тотчас образовалась небольшая трещина, и Ту в ужасе попятился назад.

— Нет! Не надо! — срывающимся от страха голосом закричал он.

Копьебой, напротив, одобрительно кивнул и жестом показал буру су, чтобы он продолжал. Человек в меховой безрукавке разбежался и с радостным мычанием вновь кинулся на стену, на этот раз с такой силой, что осыпавшаяся земля толстым слоем покрыла его с головы до ног. Трещина значительно увеличилась, и Брул, оттолкнув пленника, нетерпеливо припал к ней.

— Ничего не слышно, — разочарованно пробормотал он. — Но все равно надо продолжать. Выбора у нас нет.

По его знаку бурус опять разбежался и ударился о стену, и тут в ней образовался огромный пролом, в который он и рухнул, не удержавшись на ногах. Слабое зеленоватое свечение, струившееся оттуда, окончательно убедило советника, что он не ошибся в своих предположениях.

— Ну все, — побелев от ужаса, прошептал он. — Сейчас начнется!

Копьебой меж тем решительно вошел в пролом и, перешагнув через полузасыпанного рыхлой почвой буруса, безбоязненно устремился навстречу смертельной опасности. С трудом преодолев охватившее его оцепенение, Ту осторожно двинулся вслед за пиктом. Заглянув за неровный земляной край проема, он увидел, что Брул вышел в просторное круглое помещение и озирается, прикрывая глаза рукой от слепящего зеленоватого света.

— Ну что там, Копьебой? — шепотом спросил советник, продвинувшись немного вперед. — Есть тут кто-нибудь?

— Может быть. — Голос пикта прозвучал глухо, как будто издалека. — Ничего не разобрать, какой-то туман.

— Ты осторожнее там, — умоляюще прошептал Ту, сделав неуверенный шаг вперед. — Если никого нет, нам стоит поскорее убраться отсюда.

— Похоже, мы все-таки не одни, — отозвался Брул, склонившись над чем-то в дальнем углу. — Ту, скорее сюда! Здесь наши!

Забыв о страхе, советник поспешно кинулся вперед, но, споткнулся и едва не упал. Переведя дух, он осторожно наклонился и увидел распростертого на земле человека. Рядом с ним лежали еще двое, и все они не подавали признаков жизни.

— Это пикты! — воскликнул Ту. — Кажется, они мертвы! О ужас! Как они попали сюда? Что происходит во дворце?

Копьебой не ответил. Встав на колени перед неподвижно застывшим на полу солдатом, он принялся растирать ему щеки и виски.

— Это бесполезно, Брул! — Ту коснулся ледяного лица лежавшего человека и, тяжело вздохнув, выпрямился. — Единственное, что мы можем сделать, — это вытащить их отсюда. Зеленоватый свет как-то ужасно действует на людей! Если пикты и живы, то здесь нам вряд ли удастся чем-нибудь помочь им.

— Ты прав, — сразу согласился Копьебой и, подхватив на руки бесчувственное тело воина, понес его к выходу. Проходя мимо буруса, который к тому времени очнулся и теперь сидел на полу, отряхиваясь и выплевывая изо рта комья земли, пикт слегка пнул его носком сапога. — Ну-ка, хватит отдыхать! Вставай, принимайся за дело, да поживее!

Пленник покорно поднялся на ноги и, подойдя к одному из солдат, легко поднял его и взвалил на плечо. Подхватив следующего, он закинул его на другое плечо и легкой походкой направился к выходу.

«Ну и силища у буруса, — с изумлением и восхищением подумал советник, глядя ему вслед. — Интересно, он всегда таким был или это проявилось у него после… после того, как он лишился рассудка?»

Ту нагнулся над пиктским воином и попробовал подтащить его к пролому, но вскоре почувствовал, что это явно ему не по силам, — солдат оказался рослым и мускулистым, к тому же закованным в тяжелые доспехи. Советник уже начал задыхаться, когда его остановил Брул.

— Ты лучше возвращайся в тоннель и постарайся привести людей в чувство, — Пикт махнул рукой в сторону выхода. — Я думаю, они все-таки живы. А мы тут управимся вдвоем с этим… Эй, как тебя зовут? — спросил он буруса, взваливавшего на плечи очередную пару солдат.

Тот непонимающе уставился на Брула, и пикт раздраженно нахмурился:

— Ладно, я буду звать тебя Бур-Бур. Какая тебе разница?

Бур-Бур растянул губы в счастливой улыбке и, легко неся свою ношу, направился к выходу. Советник, невольно улыбнувшись в ответ, двинулся вслед за ним. Пройдя сквозь пролом, Ту подошел к лежавшим на полу туннеля солдатам и опустился на колени возле одного из них. Приложив ухо к его груди, старик уловил слабое биение сердца.

Жив! Горячая волна радости захлестнула советника, и он принялся энергично приводить пикта в чувство. Ту растирал и тормошил его довольно долго, и весь взмок, но застывший воин никак не реагировал. Ту совсем выбился из сил и уже собирался оставить бесполезные усилия, как вдруг услышал слабый стон. Старик замер, вглядываясь в бледное лицо пикта, который слегка пошевелился и открыл глаза. Посмотрев на Ту невидящим взглядом, бедняга попытался поднять голову, но не смог и, тяжело вздохнув, вновь смежил веки.