Лекарь сказал им, что разгадал, кто тот магик, внедрившийся в их семью, но не назвал имени, несмотря на их настойчивые просьбы открыть тайну. Причину отказа он объяснил тем, что не хочет, чтобы они выдали себя и подверглись опасности. Днем нападение вряд ли бы совершилось – в доме было достаточно верных купцу охранников. Воздействовать при встрече тоже вряд ли бы удалось – у Панфиловых были магические амулеты, а длительное воздействие на объект с целью пролома защиты сразу привлекло бы внимание.

Уже после полуночи Мара тихо соскользнула с постели Влада, постояла возле него, прислушиваясь к дыханию, затем плавно провела ладонью над его головой. Рука засветилась – Влад задышал еще спокойнее и размереннее, Мара подняла ночную рубашку, лежавшую на полу, проскользнула в нее, извиваясь гибким соблазнительным телом, и вышла из комнаты, плотно притворив дверь.

Возле комнаты купца она замерла, затем тихо потянула ручку двери – та не поддалась. Мара начала сосредоточенно шарить вытянутыми ладонями по ее дубовой обшивке. Неожиданно ручка щелкнула, повернувшись, дверь дрогнула… но осталась на месте. Мара недоуменно подняла брови… и вдруг замерла, услышав шорох сзади.

– Что, никак? Не получается, да? Ай-ай, какая неприятность. Заперлись, да? Ну негодяи. – Влад нарочито сочувственно покивал Маре головой. – Ну что, подруга, попалась! Ты лучше сразу сдавайся, снисхождение тебе типа будет.

Он хмыкнул и замер на месте, готовый к любым действиям колдуньи. Лекарь был одет, в кольчуге, сапогах, с перевязью метательных ножей через плечо и кистенями сзади на поясе.

«Как глупо выглядит, – хихикнул он про себя, – здоровенный мужичина, весь в стальной броне, с огромным мечом за спиной, угрожает маленькой девчушке, в прозрачной ночной рубашке, с торчащими маленькими сосками и нежной родинкой на розовой щечке».

Через секунду ухмылку смыло с его лица – Мара дико завизжала и взорвалась, как атомная бомба! Из ее рук потянулись к Владу зеленые ветвистые молнии, охватившие его светящимся искристым ореолом. Молнии били так, что он покачивался, как под порывами ветра.

– Ах ты, сучка! Ну получай тоже! – Влад взревел и ответил ей кучей голубых разрядов, тоже не возымевших действия. Они обтекали ее, врезаясь в дубовые двери и оставляя обугленные следы. – Ах, это амулет от беременности?! Тварь! На! На! На!

Мара удивленно подняла брови – она еще не встречала кого-то, кто бы мог сопротивляться ее ударам. Они несколько минут стояли и поливали другу друга трещащими и сверкающими молниями, потом Влад, напрягшись, сделал шаг, другой, преодолевая поток энергии, и Мара поняла, что он хочет взять ее живой.

Прекратив поток молний, она взмахнула рукой, как будто бросая что-то в противника, и стена рядом треснула, следующий удар вынес двери рядом с ним. Видя, что и эти удары воздухом не приносят результата, Мара повернулась спиной к противнику и магическим воздействием вынесла дверь в комнату купца вместе с баррикадой. Еще мгновение – и она бы исчезла в проеме, где у противоположной стены виднелись фигуры купца и его сына.

Мара, похоже, хотела или прикрыться ими, как живым щитом, или, несмотря на последствия, уничтожить их сразу. Влад мгновенно выдернул нож из перевязи и метнул в нее – защиты от физического воздействия у нее не было, кроме того, в этот момент она была занята тем, что собиралась прикончить купца, сбитого с ног воздушным ударом.

На ее прелестной спине расцвело кровавое пятно, но девушка устояла на ногах, опять подняла руки, пытаясь накрыть купца и его сына ударной волной. Влад метнул другой нож, который попал ей в шею. На периферии его сознания вдруг возник голос дракона:

– Ну и злостная у тебя самка! Хорошо, что, когда вы оплодотворяли яйца, она тебе член не откусила! А запросто ведь могла!

Владу было не до его шуточек, он кинулся к Маре – надо было узнать имя того, кто нацелил это живое орудие убийства на семью купца. Он попытался воздействовать на нее магией – бесполезно, амулет в пупке блокировал попытки. Она еще дышала, захлебываясь кровью. Влад яростно рванул рубаху девушки, разорвав до шеи, потом вырвал из пупка амулет, отбросил его в сторону и опять всей своей силой попытался подать энергию лечения в ее тело.

Она слегка улыбнулась и чуть покачала головой из стороны в сторону, затем закатила глаза и захрипела, выгибаясь в предсмертной судороге. Влад был в отчаянии – уходит! Уходит! – попытался остановить ее смерть. Теперь он догадывался, что наверняка у нее стоит ментальный блок против магического воздействия, и, как только он попытается на нее еще напустить магию, она умрет. И тогда вместе с ней умрет и имя предателя…

Влад был ошеломлен и удручен. Вот он, недостаток самоучки – он не владеет никакими магическими боевыми искусствами, кроме молний да фаерболов, а ведь можно было как-то связать ее, обездвижить или сломать ментальный блок… а он не умеет. Он проваливал задание. И тут в его голове опять возник голос дракона: