Шрифт:
В коллекции оружия почетное место занимали татарские булавы - знаки власти. Яблоки булав сделаны из чистого золота, серебра и хрусталя и украшены драгоценными камнями. Это парадное оружие, но боевых перначей тоже хватало. В сундуках навалом хранились наконечники копий: железные, стальные и парочка булатных. У некоторых наконечников перо, яблоко и тулея [117] покрыты позолотой, такие на торгу ценились особенно дорого, от двадцати алтын за штуку. В основном копья были московского и литовского дела, лишь булатные, по словам Луки, имели черкасское и самаркандское происхождение.
117
Части полного копья: перо, тулея, яблоко, ратовище с подтоком. Пером называлась острая грань от тулеи до оконечности; телею - трубка для насаживания на ратовище; яблоком - шарик при соединении пера и тулеи; ратовищем - длинное древко; подтоком - металлическая оковка на тупом конце ратовища. Под тулей привязывалась бахрома, а древко обвязывалось галуном.
Больше всего Андрей обрадовался полному комплекту рыцарских лат. Андрей долго веселился, когда Лука ему объяснил, что латами на Руси прозывают не рыцарские доспехи немцев, а доспех из металлической чешуи, нашитой на кожу. Такие латы составлялись из двух досок, нагрудной и наспинной, и соединялись на плечах и поясе кожаными ремнями или железными крючками с петлями. Такой доспех носил название литовских лат. Лука не поленился, сходил во двор, принес снятый с убитого литвина доспех и показал его князю. Андрей, несмотря на успехи в познании окружающего мира, все еще путался в названиях вещей. Когда его поправляли, князь не обижался. Закончив с оружейной, Лука отправился во двор. Там вовсю уже шла погрузка добычи на телеги.
– Тришка! Дурень ты этакий! Брось килим [118] , кому говорю, тащи сначала миндеры [119] все из хором. Потом сверху ковром укроем, - Лука Фомич внимательно следил за погрузкой и горячился, когда парни нарушали порядок.
– Лука, брось ты эти матрасы, подушки, куда ни шло, забираем, а матрасы зачем?
– Андрей уже ничему не удивлялся и желание Луки вымести все в усадьбе подчистую вполне понимал, но забирать огромные матрасы - это уже перебор, по мнению Андрея.
118
Килим - гладкий полосатый ковер.
119
Миндер - простеганная подушка набитая волосом или мочалом; матрас; тюфяк.
– Хорошие миндеры, князь. Атласные, сафьянные, бархатные, - Лука тяжело вздохнул и продолжил.
– Жалко оставлять.
– Места ведь много занимают, - Андрей пожал плечами.
– Ништо. Все заберем, - пообещал жадный до добычи Лука.
– Лука Фомич! Соль куда грузить?
– спросил воеводу Ивашка Ворона, вычищавший бертьяницу [120] . У Ивашки еще нет опыта грабежа, он парень молодой, деревенский, запродавшийся в холопы этим летом.
120
Бертьяница - кладовая.
– А много ли соли?
– Лука задумчиво оглядел двор, битком набитый телегами и возами.
– Не, немного. Без одного дюжина рогож. Пудов три на тридцать всего.
– Вон подводы стоят пустые. Видишь?
– Лука показал на стоявшие у тына порожние телеги.
– Вот на них и грузи. Токмо не забудь укрыть от дождя. Брынца [121] нету там часом?
– Есть. Два берковца без пуда будет, - уже на ходу ответил холоп, мчавшийся обратно в амбар, и оттуда потянулась вереница пленных мужиков, согнувшихся под тяжестью мешков с солью и рисом.
121
Брынец - персидское бриндж, брюндж, - сарачинское пшено, рис.
– Ивашка! Подь сюды!
– окликнул парня Лука.
Из амбара выглянула кудрявая голова и тут же исчезла в темном проеме. Через две минуты из амбара выскочил холоп и торопливо засеменил к воеводе, придерживая рукой болтающуюся на боку саблю.
– Потом петли с ворот сыми и посмотрите, где какое железко есть, - дал распоряжение Лука.
– Сымем, Лука Фомич. Все сымем, - заверил воеводу ушлый парень.
– А котлы с поварни куда класть?
– к воеводе подлетел Левка, новым холопам поручено было обобрать боярские поварни.
– Большие котлы?
– С поварни два котла ветхих на три ведра, да новых с дужкою на два и четыре ведра, в съестной котел медный вставной, да новый котел на полтора ведра, да с квасной поварни котел на сто ведер, да чумич железный, три скребка для котлов, три сковородки белых, четыре сковородки черных, две ендовы, да полдюжины ендовочек мелких, четыре ковша, дюжина горшочков медных с кровельками, в хлебной еще заслонка железная, четыре сечки, три кочерги железных, да топоров дровосечных три штуки, - без запинки оттарабанил Левка.
– Вьюки делай, на лошадях повезем, - устало ответил воевода.
– Что, ветхие тоже брать?
– решил уточнить Левка.
– Бери. Все бери, - отмахнулся Лука.
Булат тем временем притащил серебряную шкатулку, полную драгоценных камней и жемчуга, с гордым видом водрузил ее на перила крыльца. Андрей, заскучавший от безделья, подошел, посмотрел на камни и поинтересовался у Луки, насколько потянут камушки. В ценах на драгоценные камни князь не ориентировался, но Лука Фомич отмахнулся от вопросов князя. Видите ли, ему некогда, Андрей обиделся на своего воеводу и ушел в дом, забрав с собой шкатулку. Расположившись за столом, стал раскладывать по дубовым доскам драгоценные камни. За этим увлекательным занятием и застал князя Кулчук. Парень стоял перед Андреем, переминаясь с ноги на ногу, не решаясь заговорить со своим господином.