Шрифт:
— Ага, а Россией за него Святой Дух управлять будет, да? Так не делается!
— А как делается? Вот, смотри! Помнишь, как это было? Наташа ту модель крана три месяца клеила из спичек. Три месяца! А отчим твой, что ей сказал? "Спасибо, поставь на подоконник". И всё! Сразу зарылся обратно в свои чертежи. Это же вообще нужно было умудриться забыть о собственном дне рождения!
— Просто он очень ответственно относится к своей работе. Не как некоторые. И цена его ошибки весьма велика. Обрушение башенного крана для семидесятиэтажного дома — ужасная катастрофа.
— Ну да. А то, что Наташа потом полчаса ревела в ванной — не катастрофа? Ему железный кран важнее, чем собственная дочь!
— А твоему важнее песенка, чем судьба Империи и десять миллионов жизней!
— Он про десять миллионов ещё не знает.
— И не узнает, если так и дальше вести себя будет. Его грохнут раньше. И нас вместе с ним.
— Ладно, Пётр. Давай, не станем ссориться. Мы же эту песню и затеяли только для того, чтобы как-то сдвинуть папу. Послушает, быть может, как-то убеждаем станет.
— Не верю я в это.
— А ты надейся.
— Хорошо. Надеюсь. Пошли петь…
* * *
Это я придумал песню папе спеть. О текущем положении дел в Империи. Надеюсь, намёк он поймёт. Петька вообще очень много замечательных песен знает. Кое-что из них пока нельзя исполнять по различным соображениям, но даже и тех песен, что можно использовать вовсе без переделки, хватает. Вот, одну из них мы с Наськой и будем исполнять сейчас. Очень мне эта песня понравилась. И Наське тоже.
Две недели назад, когда я вернулся из Питера в Царское Село, мы с Наськой своеобразный договор заключили. Я научу её новой песне для Рождества, а она за это поможет мне спеть папе. Одному такую песню исполнять проблематично. Нужно обязательно вдвоём петь. Тренировались мы с ней в павильоне "Грот", там не слышно. Оля с Таней играть будут. Они здорово умеют играть на рояле в четыре руки.
Вот, пришли мы с папой в салон. Девчонки и мама уже тут, ждут нас. Папа сел на кресло, мы с Наськой встали по сторонам большого белого рояля, а Оля и Таня принялись играть.
НАСЬКА:
Алло, алло, Джеймс, какие вести? Давно я дома не была, Пятнадцать дней, как я в отъезде, Ну, как идут у нас дела? Я: Всё хорошо, прекрасная маркиза, Дела идут и жизнь легка, Ни одного печального сюрприза, За исключением пустяка: Так, ерунда, пустое дело, Кобыла ваша околела, А в остальном, прекрасная маркиза, Всё хорошо, всё хорошо!Улыбаются. Поняли, что это шуточная песня. Родители этой песни ещё не слышали. Только Машка слышала, просочилась на репетицию однажды. Шуточная? Ну-ну…
НАСЬКА:
Алло, алло, Мартен, ужасный случай, Моя кобыла умерла, Скажите мне, мой верный кучер, Как эта смерть произошла? Я: Всё хорошо, прекрасная маркиза, Всё хорошо, как никогда, К чему скорбеть от глупого сюрприза, Ведь это, право, ерунда. С кобылой что — пустое дело — Она с конюшнею сгорела, А в остальном, прекрасная маркиза, Всё хорошо, всё хорошо!Улыбаются ещё шире. Смешно им. Кобыла с конюшней сгорела. Ага.
НАСЬКА:
Алло, алло, Паскаль, мутится разум, Какой неслыханный удар, Скажите мне всю правду разом, Когда в конюшне был пожар? Я: Всё хорошо, прекрасная маркиза, И хороши у нас дела, Но вам судьба, как видно, из каприза Ещё сюрприз преподнесла: Сгорел ваш дом с конюшней вместе, Когда пылало всё поместье, А в остальном, прекрасная маркиза, Всё хорошо, всё хорошо!Вот, наконец-то отец о чём-то стал догадываться. Понял, что эта песенка совсем не такая безобидная, как кажется на первый взгляд. Папа уже не улыбается. Сидит и задумчиво хмурится.
НАСЬКА:
Алло, алло, Люка, сгорел наш замок, Ах, до чего мне тяжело, Я вне себя, скажите прямо, Как это всё произошло? Я: Узнал ваш муж, прекрасная маркиза, Что разорил себя и вас, Не вынес он подобного сюрприза И застрелился в тот же час.