Он достал другой лист.

– Это постановление об обыске в коттедже, который он у вас снимает.

– С ума сойти. – Абрамов схватился за лоб. – Нет, просто в голове не укладывается.

Взгляд Абрамова упал на девиц, ожидавших продолжения разбора полетов. Владелец Istra Park двинул подбородком, и их как ветром сдуло.

– Значит, мой зять арестован?

– Задержан на сорок восемь часов до предъявления обвинения. Мне очень жаль, что это случилось с вашим родственником, но в отношении его личности у нас имеются серьезные подозрения… – Горюнов сменил холодный тон на участливый. – Я понимаю, что вы сейчас чувствуете, Сергей Викторович. Иногда близкие оказываются совсем не теми, за кого себя выдают.

– Что вы собираетесь делать?

– Провести обыск в его доме. Если не обнаружим улик, доказывающих вину, то через сорок восемь часов он будет свободен, как ветер.

– А если обнаружите?

– Давайте не будем опережать события. К тому же нам пока не ясен мотив преступлений. – Горюнов нерешительно кашлянул. – У меня к вам просьба. Положение очень серьезное, три убийства все-таки…

– Боже, боже! – расстроенно качал головой Абрамов.

– Савичев сейчас в караульном помещении, которое предоставил начальник службы безопасности Леонтьев. Чтобы не терять времени, я хочу допросить подозреваемого сразу после обыска в коттедже. В караулке не очень удобно – люди, машины. Вы не могли бы организовать нам тихое помещение вдали от любопытных глаз?

– Даже не знаю. Отель переполнен.

– Мне нужна комната с двумя стульями. Кондиционер и мини-бар необязательны.

Абрамов задумался.

– Я хочу присутствовать при допросе, – вдруг заявил он. – Это условие.

– Зачем? – удивился Горюнов.

– Я говорил. Мне нужно знать все, что происходит в моем отеле.

– Это исключено… – Горюнов вспомнил о награде, – но можно подумать о вариантах. Скажем, я могу сделать так, чтобы вы слышали весь ход беседы.

– Меня это устраивает. Значит, он сейчас в караулке?

– Совершенно верно.

– Велите вашим людям провести его с тыльной стороны главного корпуса – ни в коем случае не с фасада! За большим указателем будет одноэтажное здание, это хозяйственный блок. Пусть ваши сотрудники ждут около него, я пришлю администратора с ключами.

– Большое спасибо. Я вас оповещу, когда начнется допрос.

– Будьте любезны.

Митю привели в небольшую комнатку. В здании, где она находилась, он уже бывал, правда, по другому поводу. От офиса инженера водоснабжения комнатка отличалась отсутствием подвесных потолков, мебели и ремонта. Бывшая кладовка – узкая, душная, пустая. Судя по характерному запаху, въевшемуся в стены, раньше здесь хранили минеральные удобрения.

Опера предложили располагаться со всеми удобствами и оставили его, лязгнув ключом в дверном замке. Митя долго пялился на запертую дверь, словно ожидал еще чего-то. Потом оглядел стены, криво висящую под потолком лампочку на проводе, бесцельно прошел из угла в угол и лег на линолеумный пол, неудобно выпятив плечо из-за скованных сзади рук.

Еще в караулке на него накатила прострация. В глотку словно запихнули шланг, включили сжатый воздух и выдули все мысли, чувства, желания, оставив пустоту и бессилие. Он отрешенно слушал пустую болтовню охранников и смотрел на бесконечную череду дорогих авто, въезжающих в ворота отеля.

А в голове крутилось одно.

Она еще жива.

На полу он пролежал часа полтора. Потом дверь открылась, и мордастый опер втащил два стула и штатив с цифровой видеокамерой. Установив штатив у дальней стены, он посадил Митю напротив, снял наручники.

Пока Савичев растирал вдавленные красные полосы на запястьях, в комнату буднично вошел Горюнов. Опер молчаливо удалился, закрыв дверь, и Митя остался наедине со следователем.

Горюнов снял пиджак, повесил на спинку второго стула.

– Жарко здесь, а?

Он достал телефон, набрал чей-то номер.

– Мы начинаем, – сообщил в трубку.

– За что я арестован? – спросил Митя дрожащим голосом.

– Воды?

Горюнов протянул бутылочку.

Пока Митя хлебал воду жадными глотками, следователь включил видеокамеру.

– Вы не арестованы, а задержаны, гражданин Савичев, – объяснил он. – Как я уже говорил, мы вас подозреваем в убийстве. Причем не в одном.

Его слова звучали до жути серьезно.

– Это невозможно, – сказал Митя.

– Еще как возможно. И я вам сейчас это докажу…

– Послушайте, – заговорил Митя, захлебываясь словами и косясь на снимающий его глазок. – Послушайте меня, пожалуйста. В это сложно поверить, но вы должны, потому что вы – представитель закона. В Истринском водохранилище есть невероятное существо. Получеловек-полурыба. Он похищает людей… Вы слушаете или нет? Он похитил Наташу, мою жену…

Горюнов выключил видеокамеру, подошел к Мите и с размаха влепил ему пощечину. Митя изумленно замолчал.