– Спасибо, что дала шанс. – Тереза смотрела в окно. – Чертовски сексуальный парень. Ты только посмотри, какая задница.

Ева машинально бросила взгляд в окно и тут же отвернулась. Она и без Терезы знала о достоинствах своего знакомого.

– Ну как, дело пошло?

– Может быть. Свой телефон я ему дала. – Тереза неотрывно наблюдала за Джоном, который уже садился в машину. – Он, конечно, ничего позволить себе не мог, потому что пришел-то не ко мне. Сказал, что будет тебя ждать.

– Почему бы тебе не подойти к машине и не поболтать с ним? Уже одиннадцать. Я за тебя приберусь.

Тереза вскинула брови:

– Шутишь? Ты что же, хочешь отделаться от него?

– Да.

Тереза недоверчиво уставилась на нее.

– Если так, то ты, должно быть, рехнулась. Я, как только его увидела, сразу поняла – с таким парнем не соскучишься. Уж он-то знает, как доставить девушке удовольствие.

– Ну, так иди и получай это самое удовольствие, – отозвалась Ева, заправляя перечницы. – Ты правильно сказала: я для него слишком серьезная.

– А я этим не страдаю. – Тереза отметила время ухода и направилась к двери. – Спасибо, Ева.

Ева накрыла колпачком шейкер. Только не смотреть в окно. Конечно, они поладят. Тереза – девушка сексуальная и отзывчивая, кто же от такой откажется? Нет, она правильно поступила. По крайней мере, не придется беспокоиться из-за…

– Ева! – окликнул ее из кухни мистер Кимбл. – К телефону. Твоя мать. Я же предупреждал – никаких звонков в рабочее время. Только в самом крайнем случае.

– Извините. – Она торопливо подошла к висевшему на стене аппарату. – Вы же знаете, мне никогда раньше не звонили. Должно быть, какая-то ошибка.

Мистер Кимбл нахмурился и отвернулся.

– Чтобы больше этого не было, – повторил он.

– Да, сэр. – Ева взяла трубку: – Сандра? Я не могу сейчас говорить. И почему ты звонишь сюда?

– Он меня ударил, – всхлипнула Сандра. – Джимми… Я всегда считала его таким милым… таким мягким… Мы так хорошо проводили время. Но сегодня… Он ударил меня… у меня кровь…

– Кровь? – напряглась Ева. – Сандра, что он сделал?

– Ударил по лицу. Рассек губу. А потом еще раз ударил. В живот. Почему он так сделал? Я такого не заслужила. В любом случае с женщиной нужно обращаться вежливо.

– Где ты сейчас?

– В отеле «Мариотт».

– Он еще там?

– Нет. Сказал, что пойдет куда-то за героином. Что хочет загладить вину. – Сандра помолчала, потом добавила негромко: – Мне страшно. Другое я принимаю, но героина боюсь.

– Зачем ты мне звонишь? Почему просто не уйдешь оттуда?

– Джимми запер дверь снаружи.

– И как же… Ладно. Позвони портье и попроси прислать кого-нибудь, чтобы тебя выпустили.

– Не могу. Если я подниму шум, секьюрити возьмут меня на заметку и никогда больше сюда не пропустят.

– Тебе и не надо больше туда ходить.

– Но… мне это нужно. В отелях всегда бывают такие интересные вечеринки. Было бы лучше, если бы ты приехала и выпустила меня.

– И как, по-твоему, я это сделаю?

– Откуда мне знать? – В голосе Сандры снова зазвучали плаксивые нотки. – Ты же умная. Придумай что-нибудь. Мне нужно выбраться отсюда, пока Джимми не вернулся. Я не хочу принимать героин, но если он пригрозит… Сделай же что-нибудь. В конце концов, ты обязана мне. И должна помочь.

Еву уже переполняли злость и страх, но она постаралась сдержать чувства и сосредоточиться на проблеме Сандры. Мать вполне могла решить эту проблему простым звонком портье, но простые решения не для нее. Как типично! Сандра всегда пыталась выпутаться из ситуации за чужой счет, без потерь для себя.

– У меня действительно идет кровь, – напомнила мать. – А ему все равно. Он плохой мужчина.

Если не вытащить Сандру оттуда, ей грозят побои или передозировка.

– Он давно ушел?

– Не знаю… вроде бы давно.

Если мать под кайфом, толку от нее мало. Ей что две минуты, что два часа – все одно.

– Ты в каком номере?

– В 2012-м.

– Я приеду за тобой. Иди в ванную, умойся и постарайся остановить кровотечение.

– Хорошо. Ты скоро?

– Постараюсь побыстрее. – Ева повесила трубку и на секунду прижалась лбом к аппарату. Черт бы тебя побрал, Сандра. Ну почему ты не хочешь просто позвонить портье? Нет, об этом не стоит даже думать. А значит, все придется делать ей.