Василий Сергеевич улыбнулся и опять включил поворотник. Машина замигала левым задним фонарем и неторопливо свернула в переулок.

Рита зашла в подъезд, тяжелая дверь за ней скрипуче захлопнулась, разом отсекая шумную уличную жизнь.

Выражение лица ее тут же непостижимым образом изменилось. Вроде бы все еще оставалось прежним — так же блестели глаза, улыбались губы. Но в то же время и у блеска этого, и у улыбки появился какой-то иной,незнакомый оттенок.

То ли в связи с подобной переменой, то ли из-за скудного, тусклого освещения Рита неожиданно стала выглядеть гораздо старше. В ней сейчас с трудом можно было узнать юную девушку, только что беззащитно прильнувшую к своему любимому. Теперь это была хоть и очень молодая, но уже вполне зрелая женщина, на лице которой при внимательном рассмотрении прочитывалось изрядное утомление.

Несмотря на усталость, Рита поднималась на лифте в превосходном настроении. Все пока складывалось вполне удачно. Женя был очень славный мальчик. Она держала его на коротком поводке и к телу пока не допускала. Вот Игорь уедет отдыхать, тогда, конечно, дело другое. Не будет же она одна сидеть все новогодние праздники.

С другой стороны, особых авансов Жене она давать не собиралась. Денег у него все равно нет, да и не будет никогда, это ясно, но в качестве скорой половой помощи он вполне сгодится. Если, конечно, потратить на него какое-то время, малость обтесать, воспитать, обучить.

Ну что ж, будет чем заняться на досуге. А Игоря она все равно дожмет. Не зря же она столько его добивалась, полнейшую невинность и недотрогу из себя разыгрывала.

Игорь ей положительно нравится, он моложавый, красивый, богатый. Известный врач, заведующий отделением, да еще к тому же с явной деловой жилкой. Именно такой, какой Рите нужен.

Он, конечно, боится всех этих разводов-женитьб, невооруженным глазом видно, но податься ему некуда, держит она его крепко. Вот скоро родит от него, и никуда он тогда не денется, разведется как миленький.

Тем более жена почти его ровесница. Рита ее, правда, никогда не видела, но вполне себе представляет. Знает она этих жен. Ничего хорошего там быть не может. Женщине уже пятый десяток, взрослый сын от первого брака, да еще двое от Игоря. Груди наверняка отвисшие, на бедрах и заднице целлюлит, на ногах небось вены вылезают. Нет, эта дама ей не конкурентка, никоим образом.

Рита вышла из лифта и, прежде чем зайти в квартиру, окна которой выходили во двор, посмотрела через окошко на лестничном пролете вниз, на улицу.

Высокая Женина фигура одиноко вышагивала по Остоженке.

Рита усмехнулась и проводила ее взглядом. Бедный мальчик, наверное, возбудился до предела. Ничего, придется ему еще поонанировать некоторое время.

Дверь за Ритой наконец захлопнулась. Женя постоял еще немного, бессмысленно глядя на эту закрытую дверь, а затем, убедившись, что любимая ушла окончательно, повернулся и, посвистывая, пошел по пустой улице, оглядываясь в поисках такси.

В самом конце Остоженки, около Храма, появился свет от зажженных фар. Приближалась машина. Оказалось, что не такси, а частник, но это не играло никакой роли.

Женя обрадованно ступил на мостовую, поднял руку. Однако автомобиль, не останавливаясь, проехал мимо.

В этом не было ничего странного: далеко не каждый частник будет подвозить здорового незнакомого мужчину, мало ли кто ночью голосует, зачем рисковать. Тем не менее Женя пару раз озабоченно оглянулся на проехавшую машину. У него появилось подспудное ощущение, что где-то он ее уже видел.

Женя пошел дальше, по направлению к бульварам. Там, на перекрестке, гораздо больше шансов поймать такси.

Вообще можно понять этих частников, всего-то они боятся. Он же не девушка, в конце концов. Вот если бы Рита голосовала на дороге, тут вопросов нет, тут любой бы остановился, за честь бы посчитал ее подвезти.

И Женя, погрузившись в обдумывание этой новой, весьма интересной темы, тут же выкинул проехавшего частника из головы.

Василий Сергеевич спокойно вел машину, поглядывая на удалявшегося Женю в зеркальце заднего вида. Он был очень доволен, что догадка его насчет парня оказалась верной. Интересно, в какой район он собрался ехать. Хорошо бы в какой-нибудь дальний, а еще было бы лучше, если бы он жил за Кольцевой дорогой. Впрочем, вряд ли так повезет.

Василий Сергеевич отъехал примерно полкилометра и затормозил. На этой пустой, без всяких признаков жизни улице подобрать парня было совершенно некому.

Василий Сергеевич ловко развернул машину в обратном направлении и, переключив скорость, сильно нажал на газ.

Мотор отозвался радостным ревом. Движок у «копейки» был форсированный. Василий Сергеевич не зря потратил на него столько сил. Скорость «копейка» набирала мгновенно, в две секунды.

Женя, шедший вдоль тротуара по мостовой, услышал звук приближающегося автомобиля и, оглянувшись, поднял руку. С умоляющим выражением на лице он сделал пару шагов к осевой линии. Идея его заключалась в том, чтобы машина на этот раз не проехала мимо. Пусть водитель как следует разглядит его, поймет, что бояться не следует, и почувствует, как он, Женя, будет благодарен ему за оказанное милосердие.