— При неудаче, государь?

— Неудачи не будет, Жасс!

Ночью меня разбудил Гвен.

— Государь, гонец от герцогини! На юге зарево — там что-то горит!

Это был не гонец, а лейтенант Гризелл.

— Государь, днем с десяти судов ниже по течению высадились тевтонские наемники, примерно четыре тысячи. Они идут берегом вверх по течению к городу, жгут деревни и убивают селян. Моя госпожа просит вашей помощи!

— Передайте герцогине, что мы надерем им задницу!

Я обернулся к своим офицерам.

— Жасс, пошли лейтенанта Черча на юг. Пусть захватят пленных для допроса. Кто-то из наших знает тевтонское наречие?

— Капитан Макгайл почти три года случил в наемных ротах в одном из королевств Тевтонии. Он знает их язык.

— Отыщите капитана.

Такого пестрого солдата я никогда не видывал!

Пышные рукава, пышные штанишки с разрезами. Правый рукав и штанина красного цвета. Левая же сторона — голубого, огромный, когда-то белый, теперь замусоленный и серый воротник. Правая нога по колено голая. Чулок где-то потерялся вместе с туфлей. Под глазом большущий синяк. Волосые светлые, почти рыжие, коротко острижены. Рыжая бородка в беспорядке.

Пленник с трудом поднялся на ноги, руки то связаны, и, покачиваясь, завопил:

– Fort die Pfoten, die Burschen! Ich feldfebel mit dem doppelten Gehalt! Mich weiЯ Oberst Frusberg! Da die Barbaren! Gehen Sie fort oder geben Sie mein Schwert! Was fьr der Haufen der Idioten? Es ist Ihre Obersten? Ich werde vom Gelдchter sterben! / Прочь лапы, парни! Я фельдфебель с двойным жалованием! Меня знает сам полковник Фрусберг! Вот варвары! Идите прочь или дайте мой меч! Что за куча идиотов? Это ваши полковники? Умру от смеха!/

— Что он вопит, Макгайл?

— Ругается, говнюк!

— Мои парни сняли его с какой то селянки! — вставил довольный лейтенант Черч.

— Я бы тоже ругался, если бы меня с бабы сняли, не дав кончить… — пробурчал Макгайл и дернул своей меченой щекой.

– Was du murmelst, der GroЯvater?/ Что ты бормочешь, дед?/

– Sah ich im Sarg solchen Enkels! Verstopft die ScheiЯe katzenartig! Den Namen und den Titel, wen dein Kommandeur?/ Видел я в гробу такого внука! Заткнись, дерьмо кошачье! Имя и звание, кто твой командир?/ — заорал покрасневший Макгайл.

– Da sagt die Sachen — er nach unserem?!/Вот дела — он по-нашему говорит?!/

Пленник вытаращил голубые глаза в изумлении.

Впрочем, он оказался весьма словоохотлив. Его звали Иоганном. То, что он был слегка пьян, сказывалось. Язык заплетался.

Король Руперт нанял полк оберста Фрусберга из десяти рот, общей численностью четыре тысячи головорезов, в Тевтонии.

Парни истомились в трюмах и, игнорируя приказ графа Суттона, оберст высадил свое воинство милях в десяти ниже по течению от Лонгфорда. Наемники занялись любимым делом — грабить, убивать, насиловать, резать скот и жечь деревни.

Бомбард на вооружении отряда наемников не было. Вооружены пиками, двуручниками и алебардами. Арбалетчиков и лучников в отряде также не было. У них были зато аркебузы, и Иоганн этим весьма гордился.

— Что за аркебузы, Макгайл?

— Тевтон говорит, что это ручные маленькие бомбарды.

Время от времени пленник опять начинал хвастаться своим знакомством с оберстом Фрусбергом.

— Врет, говнюк, не будет князь Фрусберг якшаться с такой сволочью!

— Ты слышал про Фрусберга?

— В Тевтонии и Славонии его имя многие знают! Он придумал «Майское дерево».

— Что за «Майское дерево», Макгайл?

— Это, государь, когда всех жителей деревни от мала до велика, вешают на дереве пораскидистее… Любит князь такие развлечения.

— Похоже, в Тевтонии много лишних людей.

— Людей много, а денег мало, государь! Прикажите прирезать говнюка?

— Пусть живет, отправьте в обоз — он забавный.

Утром, как только появился краешек солнца над горизонтом, построенные в квадраты пехотные реджименты приблизились к деревушке, что вчера не до конца спалили бравые парни князя Фрусберга.

Нас заметили, и хриплые трубы заревели тревогу. Потом забили барабаны.

Надо отдать должное — через десяток минут наемники уже строились большой фалангой в двух полетах стрелы от нас. Над их рядами реяли разноцветные флаги — у каждой роты свой, и полковой стяг.

Первые шеренги сверкали сталью доспехов. За ними стоял лес пик. Где-то в рядах были и воины с аркебузами, которых я еще не видел.

Здесь между нами был обширный зеленый луг. Слева в полумиле отсвечивали бликами воды Дойла. Справа недогоревшая деревня.