Она выглядела потрясенной, но я повернулась и отошла, прежде чем она успела о чем-нибудь спросить.

Может, я и сделала глупость, но мне казалось, что предупредить ее – это только честно. Если бы я была на месте Тани, мне бы хотелось сохранить мою связь с женатым человеком в секрете. И я уверена, что жена Найгела тоже не хотела бы узнать о неверности своего мужа из «Слухов». Если их семья переживает трудности, по крайней мере, позвольте им переживать их без вмешательства прессы.

Когда я вышла, Макс с Майклом уже отошли от входа в клуб. Майкл стоял за антрацитовым «Порше», который он, скорее всего, арендовал на время съемок в Лондоне. Макс задержался у входа, чтобы выяснить, поеду ли я с ними. Я посмотрела на крошечное заднее сиденье «Порше». Черные такси с включенными огнями проезжали мимо нас в обе стороны. Я даже не могла использовать отсутствие машины как предлог, чтобы доехать с Максом до отеля.

– Я живу в противоположной стороне, – сказала я. – Я возьму такси.

– А, ладно.

– Спасибо за сказочный вечер.

– Спасибо, что сходила со мной.

Майкл сидел в своем авто и с интересом наблюдал за нами.

– Ну ладно, тогда спокойной ночи, – сказала я.

– Спокойной ночи.

Я собиралась пожать ему руку на прощание, но Макс наклонился и поцеловал меня в губы, а моя рука нежно коснулась его щеки. Это продолжалось всего мгновение, но потом, словно чтобы доказать, что все произошло не случайно, он снова поцеловал меня.

– Спокойной ночи, – повторила я и краем глаза заметила, что Майкл Найтли смотрит на меня с пробудившимся интересом.

Я быстро отвернулась и не видела, как Макс садился в «Порше» рядом с Майклом. Протягивая руку, чтобы остановить такси, я слышала, как «Порше» умчался вниз по дороге, увозя от меня Макса, чтобы доставить его Натали.

Мне нужно было сделать миллион разных вещей, но я даже не потрудилась вылезти из постели. Я пролежала все утро, вспоминая прикосновение рук Макса к моим ногам, как его пальцы гладили мои ступни, как он поцеловал меня в губы – и не один, а два раза – и как он смотрел мне в глаза, как будто он не только читал мои мысли, но и сам писал текст.

Я так хотела его, что испытывала физическую боль. Каждый раз, когда я думала о прикосновении его рук и его губ, о выражении его глаз, о звуках его голоса, глубоко внутри росло такое напряжение, как будто он сжимал в руках мою душу. Казалось, что мои нервы обнажены и Макс дергает меня за них, как марионетку за ниточки.

Мне казалось, что, если я не поцелую его по-настоящему как можно скорее, я взорвусь изнутри. Я не могла дождаться воскресенья, когда должна была снова его увидеть.

Атланта позвонила мне в ужасной панике.

– Ты сможешь поснимать для нас сегодня после обеда?

– Конечно. Где? – Мне была нужна работа как никогда.

– Полчетвертого. Палата общин.

– Нет! Я не могу!

По-моему, я даже взвизгнула от ужаса. Ник наверняка будет там. Он, наверное, живет в палате общин.

– Извини, Атланта. Я только что вспомнила. В это время я иду к врачу.

– О, черт!

Она бросила трубку, даже не попрощавшись.

Ник наверняка давно выяснил, что я соврала насчет Макса – ну, что он мой муж. Конечно, я не могла себе позволить так отказываться от работы, но я бы умерла от стыда, если бы снова встретилась с Ником.

Когда я в воскресенье приехала в студию, Адель – наша стилистка – уже была там и угрюмо развешивала туалеты, взятые у кутюрье, которые были бы счастливы, если бы их модели носила сама Натали Браун.

Я выгрузила из машины все мои камеры и принесла из буфета капуччино. Мне бы хотелось иметь ассистентку, чтобы посылать ее за кофе. Вообще-то, она мне была не нужна, но это могло бы произвести впечатление на Натали и Адель.

Я знала, что сегодня мне потребуется море кофе, потому что я ужасно нервничала. Во-первых, из-за того, что сегодняшняя фотосъемка, наверное, самая важная в моей жизни. Если я провалю это дело, то никогда не получу работу в «Сливках». У меня была только одна попытка, чтобы попасть в цель.

Но еще больше я волновалась оттого, что должна была увидеть Макса. Я отчаянно мечтала увидеть его снова. С того самого вечера я не могла выбросить из головы мысли о нем. Но как я должна вести себя, когда они с Натали вместе? Макс не станет флиртовать со мной в присутствии Натали – он не так глуп. Но смогу ли я разговаривать с ним в обычном тоне или мои глаза будут гореть, как у кошки, когда я буду смотреть на него? И правда выйдет наружу?

Я посмотрела в зеркало и в десятый раз проверила свой макияж. А вдруг Натали заметит, как сильно я хочу Макса? Я увидела на столе сигареты Адели.

– Можно я закурю, Адель?

– Конечно. Бери.

Кажется, я никогда даже не пробовала курить, но сегодня самый подходящий день, чтобы начать. Может, у Адели есть и наркотики? Сегодня отличный день, чтобы начать колоться.

Хотя, пожалуй, лучше не спрашивать об этом у Адели. Она выглядит как девушка, в косметичке которой – самые лучшие медицинские препараты. Невозможно сохранить такую стройную фигуру без помощи химии. Даже черные тренировочные штаны, которые были на ней сегодня, казалось, велики ей на несколько размеров.