— Это не в честь учёного назвали? — попыталась сгладить неловкое молчание Вика.

— Нет, просто некоторые утверждают, что именно на этом месте стояло родовое поместье князей Ухтомских, из рода которых происходил учёный, — с готовностью пояснил Светлый. — Хотя на самом деле это поместье находилось в сельце Вослома Арефинской волости Рыбинского уезда Ярославской губернии… кхм. Извините, это не столь важно. Так вот. На самом деле Ухтомск не город, а всего лишь посёлок городского типа, но именно там расположено краевое государственное бюджетное образовательное учреждение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей "Ухтомский детский дом"…

— Блин, если доброе дело состоит в том, чтоб запомнить с первого раза это название, то я его уже провалил! — Сергей оказался первым, кто сумел облечь изумление в слова.

Вика предпочла промолчать.

Артур недовольно фыркнул:

— Ну, детдом, и что?

— В детдоме, — невозмутимо продолжал Светлый, — в данный момент находится один пятилетний мальчик. Алёша Иванов.

Сердце Вики болезненно сжалось, породив шквал эмоций: как? Как?! У неё больше нет тела! Нет сердца! Но что тогда так горестно давит на грудь… на бесплотную, нереальную, более не существующую грудь…

"Грех", — прочла она ответ в спокойном взгляде Светлого.

О, нет, он не осуждал, он понимал её, и, кажется, даже сочувствовал, но от этого было только больней.

— Международное агентство "Флауэр" имеет определённые виды на мальчика. Он подходит им по возрасту и медицинским характеристикам на роль донора для одного из граждан Соединённых Штатов Америки.

— …! — коротко и ёмко выразил эмоции Лавров.

Кривошапкин тоже не сдержался:

— Им что, своих бомжей мало, что они за нашими детьми решили охотиться?

— Бомжи — категория ненадёжная, к тому же, взрослая. А здоровые сердце и почки бывают нужны не только взрослым.

— Но ведь есть же автокатастрофы! — выпалила Вика. — Разве дети не гибнут в автокатастрофах?!

Светлый покачал головой:

— В данный момент речь идёт об агентстве "Флауэр" и о том, что они присмотрели Алёшу на роль донора.

— А наша задача — спасти его! — обрадовалась Вика.

— Да. Именно в этом состоит часть вашей задачи.

— Часть? — недоверчиво переспросила она. — Но…

Если спасение бедного обездоленного мальчика от страшной участи — только часть задания, то чего же ещё от них хотят?

Сергей с непередаваемо тупым видом переводил взгляд со Светлого на Вику, с Вики на Артура и далее по кругу.

Кривошапкин сосредоточенно разглядывал кончики собственных сцеплённых пальцев.

На шкале значений выражений его лица это соответствовало отметке "никто не догадается, что я притворяюсь, что я возмущаюсь".

— Это как понимать — часть?! — а вот голосом он управлял значительно лучше, чем лицом.

— Вы должны за неделю расстроить сделку Сейфулина с агентством "Флауэр" и найти для Алёши хороших приёмных родителей в России, — спокойно улыбнулся Светлый.

— За не-де-лю?! — совершенно искренне возмутился Артур, и… случилось то, чего никто не ожидал: отчаянно, навзрыд, расплакался брутальный мужчина Сергей Иваныч Лавров.

— Я, понимаете, — попытался он оправдываться сквозь рыдания, — я же на самом деле… я не прошу, чтобы вы мне верили… я… а, чего там!

Он вытер нос рукавом и отмахнулся ото всех широким жестом (Светлый не шелохнулся, Вика отшатнулась, Артур брезгливо поморщился).

— Чего уж там, — повторил Сергей. — Пойдёмте, что ли, смотреть, кем будем в этот раз!

— Чего уж там! — с очаровательным ехидством передразнил Сергея Артур, разглядывая три биомуляжа, поступивших в распоряжение грешников.

— Чего уж там, — печальным эхом отозвалась Вика.

Её подкосили сроки на выполнение этого дела. И как только можно за неделю успеть столько всего…

А в креслах уютно расположились один мужчина и две женщины.

— Чур я мужик! — с разбегу влетел Серёга в мужское тело, и вот уже сорокалетний крепыш с благородными сединами заливисто ржёт, тыча пальцем попеременно в товарищей по несчастью и два женских тела, одно невысокое, атлетичное, очень ухоженное и стильно одетое и второе — с растрёпанной гривой чёрных кудрей, явно выше среднего роста, очень женственных форм, подчёркнутых излишне обтягивающими джинсами и глубоким декольте…

— Ха-ха-ха! — хватался за живот и дрыгал ногами биомуляж Сергея. — Ха-ха-ха!!! Делите, делите между собой, чего вам оставили! Кто смел, тот и съел! Кто первый встал, красивей всех оделся!

Артур скрестил руки на груди. Ему совершенно не нравилось, что этот чёртов охранник всё время так и норовит перехватить инициативу прямо у него из рук. Всё, они сдохли! Им больше незачем "впечатлять" красавицу актрису! Так он что — пытается мстить за то, что Артур его обставил при жизни?