– Вот так лучше, да? Теперь вы меня красоткой не увидите. Ты меня все-таки обидел! – Экран отключился, а ошеломленная представлением Сильмара покачала головой:

– Теперь я понимаю, почему мозги лишают личности… Далеко же мы улетим с таким мозгом…

– Куды надоть, туды и улетим! Тибя не спрасилися! – прошамкала старуха с экрана, появилась, как чертик из табакерки, и снова исчезла.

Слава вздохнул – бабский коллектив и есть бабский коллектив… Как все это знакомо по работе в школе!

– Ну так что, Сильмара, скажешь? Каков твой выбор? – равнодушно спросил он, прикинув на всякий случай, как лучше достать телохранительницу и каким оружием.

– Какой выбор?! Издеваешься? Договор будем составлять?

– Само собой будем. Сейчас отметишь, что получила в счет оплаты пять миллионов наличными, укажем это в договоре – сколько там лет получится?

– Бессрочный, до выплаты, – процедила сквозь зубы Сильмара, – делай.

– Ты особенно-то не переживай, – усмехнулся Слава, – это же не рабство, когда тебя пытают и заставляют убивать людей! Это всего лишь долгосрочный контракт – отработаешь, и катись на все четыре стороны.

– Если выживу, – вздохнула Сильмара, – а если прознает Совет, – тогда валить мне очень-очень далеко, на самую окраину галактики, чтобы не достали. Руки у них ох какие длинные… Ну да ладно. Что сделано, то сделано – сама виновата. Все-таки, зная вас, скажу, что вы не самые худшие наниматели, которые у меня были.

– А что, были те, которые заставляли дерьмо жрать? – нарочито участливо спросила Лера, потирая пальцем розовое ухо.

Сильмара подозрительно покосилась на девушку и нехотя ответила:

– Все было. От этой поганой дыры под названием Алусия всего можно ожидать. Кто займется оформлением договора?

– А вот та пахнущая мочой старая карга и займется, – безмятежно ответил Слава. – Эй, карга, баба-яга, вы-ле-за-а-ай!

– Ну и гад же ты, Славка, – на экране появилась рассерженная Наташа в простом девичьем сарафанчике, – припомню я тебе когда-нибудь каргу!

– Припомнишь, припомнишь – оформляй договор с Сильмарой, как закончишь – скажешь. Добавь пункты о конфиденциальности и о карах за разглашение. Есть такие? Прибавь пункт, гласящий, что наказанием за разглашение является смерть. Пусть пострашнее будет. А то, может быть, она думает, что я шучу? Не-е-ет… шутки кончились в рабском загоне Агарлока. Теперь мне убить кого-нибудь, как плюнуть на стену. Зафиксируйте договор, как у них там положено – пусть палец приложит. Или задницей на него сядет – в общем, чтобы было заверено, как у нотариуса. И не объясняй мне, что для этого надо сделать. Заплатить? Пусть Сильмара безналом заплатит со своей карты – у меня только наличные. Вычтешь из общей суммы долга. Как закончишь, скажешь. Мы пока с Лерой посекретничаем. Пошли, милая.

Слава поднялся и, взяв Леру за руку, увлек за собой, оставив в рубке угрюмую телохранительницу и торжествующую Натаху, предвкушающую глумление над потенциальной соперницей в области охмурения мужиков.

– Слушай, ты чего ее на растерзание Натахе отдал? Она любого до слез доведет! Ты же ее знаешь! – забеспокоилась Лера.

– Пусть. Заслужила. Поплачет немного – ничего с ней не сделается. Да и не будет Сильмара плакать, скорее начнет материться. Баба жесткая, как кремень.

– Здорово ты ее скрутил… Я смотрела – как будто и не ты был, а какой-то другой, чужой мужик. Никогда не думала, что ты можешь быть таким жестким, даже жестоким.

– Жизнь научила, – Слава с разбегу плюхнулся на водяной матрас и похлопал рядом с собой, – приводняйся! Поваляемся, пока они там собачатся. А может…

– Нет, потом. Только разойдемся – и уже заканчивать, – засомневалась Лера. – Я так не люблю. Хочу с расстановкой, со вкусом…

– Прикинь, чего я видал, пока ехал сюда с Сильмарой! – Слава рассказал о парочке, которая совокуплялась в лифте. Рассказал и сам удивился – лицо Леры порозовело, она облизнула губы:

– Зря рассказал… я так тебя захотела! Что-то в этом есть, в таком вот собачьем сексе! Что-то живое, животное, от природы!

– Да чего там живого?! – возмутился Слава. – Озверели и совокупляются на глазах у полусотни человек! Чего там такого природного?!

– Нет, что-то в этом есть. Иди сюда… иди, иди… черт с ними, подождут!

Через полчаса они лежали рядом, покрытые потом, и, переводя дыхание, смотрели в потолок.

Слава с усмешкой заметил:

– Надо каждый раз придумывать новую рассказку о каких-нибудь извращениях – ты вообще будешь как тигрица на меня бросаться!

– Слав, – неожиданно спросила задумавшаяся Лера, – скажи, а ты веришь, что Сильмара выполнит уговор? А вдруг она нас сдаст?

– Верю ли? Я никому не верю, кроме тебя, себя… хм… знаю, знаю, негодяйка, и тебя тоже (ему показалось, что в комнате кто-то тихо хихикнул). Кстати, Лера, тебя не напрягает, что Наташка везде подслушивает и подглядывает, извини, но я даже в сортир лишний раз боюсь сходить, мне кажется, что ее физиономия нарисуется в унитазе! А уж что говорить о супружеской постели! Такое ощущение, что Наташка тут, между нами лежит!

– А что, я бы не отказалась, – ехидно заметил знакомый голос, – вот как тело сделаешь… упрошу Леру. А что касается сортира… Много о себе думаешь! Гадь спокойно! Наташе твое дерьмо ни к чему!