«Вот, значит, в чём дело!»

…Учитель Цанлира, Иссатено Сын Гигантов, покинул пределы тварного мира не по своей воле. Да и о какой вообще «своей воле» может идти речь, если уже заклинатели направления Жизнь могут полностью остановить старение плоти, а мастера — возвращать молодость? Иссатено же достиг высочайшей из вершин, став Воплощённым. Но даже Воплощённые уязвимы — и Иссатено пал, вопреки всем правилам и договорённостям повергнутый равным: Кугго Язвителем. Цанлир не знал и знать не хотел, какие причины послужили топливом для вражды Воплощённых (конечно, если не считать извечной взаимной неприязни магов Жизни и Смерти). Он просто-напросто воспользовался своим искусством создания автономных чар и наложил на Язвителя проклятие. Истинный шедевр, питаемый именно тем, что должно было разрушать любые чары Жизни — Силой противостихии. После чего скрылся, опасаясь нового витка мести…

Вот только, похоже, скрывался он недостаточно тщательно.

И победа ему не достанется. Только не в таких условиях, заведомо невыгодных, неравных. Не против артефактов, изготовленных лично Кугго либо кем-то из его ближайших учеников.

Запредельным усилием воли смирив наведённые судороги, Цанлир снова распахнул глаза, отуманенные ядом боли. И взгляд его, направленный в пустоту… о, даже пустоте стало неуютно от этого взгляда. Отчаяние, мука и яростная решимость. Опасное сочетание!

«Если я не могу победить, я ещё смогу забрать с собой победителей. Не будет им от моего убийства ни торжества, ни радости, ни прибытка. Учитель, помоги мне!»

Глухо рычащий (и сам не слышащий своего рыка, теряющегося в грохоте схватки Сил), Пол-Клыка захлебнулся и смолк. На глазах у перепуганных Гончих Тени мир моргнул. И кольцо искажений, порождённых этой судорогой на грани реального с нереальным, покатилось во все стороны, понемногу замедляясь и слабея. Прокатилось оно также сквозь Стаю, на малое время заставив её замереть от чего-то, много большего, чем просто страх.

Да. Всего лишь малая доля мгновения. Но результат! Никакого живого древа. Ни следа от живой волны и живой бури. Все три Силы, что сошлись в бою насмерть, — бою, в котором Гончие Тени ничем не могли помочь новому Хозяину — провалились за Грань.

Оглушительная, вязкая, звонкая тишина.

Пол-Клыка задрал к небу глотку, завыл, прощаясь с былым — и Стая вторила вожаку.

Помереть от удара молнии — это надо ухитриться. Впрочем, если уж вылез на крышу довольно высокого здания в самую что ни на есть грозу и как бы в шутку проорал «небо, я весь твой!»… глядя на этакого чудика со стороны, вполне можно ставить диагноз, да. Особенно если точно знать, что не было у него в недавнем прошлом никакого пари, никакой несчастной любви и прочих жизненных коллизий, способных толкнуть на подобный идиотизм.

А что было? Ну… уверенность в собственном бессмертии, сохранившаяся ещё с весёлых школьных деньков, плюс свободное время и приступ особой бесшабашности.

Кстати, уверенность в своём бессмертии меня не подвела. Потому как от молнии я таки не помер. Если учесть дивную целостность организма, впору усомниться, что тот сияющий грохот оказался именно молнией, а не чем-нибудь более фантастическим. Вроде хаотического портала или станнера весёлых ребяток с НЛО. Лично я полагаю так: мыслю? Лицо своего отца помню? Руки-ноги и всё прочее, начиная с головы и заканчивая одёжкой, на месте? Значит, живой.

А где именно мне теперь предстоит жить, сейчас выясню. Только от одёжки избавлюсь. От той её части, которая не по погоде. То есть куртки и кепки. Свернуть, набросить на предплечье полусогнутой руки. Раз-два-три-четыре-пять… рефлексии отложить, конструктивно-позитивное мышление врубить на все сто и форсажем подстегнуть. Приступить к сканированию местности?

Яволь!

Местность, местность… гм. Четырнадцатиэтажек старой, советской ещё постройки тут явно не водится. Но стою я на месте возвышенном, то бишь склоне не то изрядного холма, не то маленькой горы. Температура среды высокая, но достаточно комфортная — градусов этак двадцать пять, по ощущениям. Сила тяжести привычная. Вокруг лес. Смешанный. С деревьями незнакомой системы. Впрочем… да. Уж не знаю, как там с оттенком солнечного света — у меня нормальные, слегка близорукие глаза, а не какие-нибудь там спектрометры — но вот небо здесь отчётливо зеленоватое и при этом облака, что характерно, с лёгкой нездоровой желтизной. В широкие просветы меж ветвями и то, и другое видно вполне отчётливо.

Предварительный вывод: батенька, да вы попали! Дышите глубже. В смысле, реже. А то как бы гипервентиляцию не заработать от такой новости. И не думать про стада незнакомых микробов, с радостью проникающих в лёгкие, про чуждый (возможно) состав атмосферы, про жуткие лучи чужого солнца, способные напакостить чем похуже рака кожи, про местную растительность, что может оказаться категорически не съедобной, и местную фауну, для которой съедобным могу оказаться я сам… спокойствие, только спокойствие!