— Ты… кто ты такой?

— А разве братья Астаний и Сульхасий в своих посланиях солгали, раз вы спрашиваете?

— Отвечай на вопрос!

— Хорошо. Вы можете называть меня саорэ Иан-па или попросту Иан-па. Не соизволите ли теперь оказать ответную любезность, возвышенный брат, сообщив своё имя и объяснив, почему ваши подчинённые меня атаковали?

— Моё имя не важно. Важно, что именно я остановлю тебя!

— Ещё один фанатик, — разочарование без следа злости. — Жаль, что приходится заканчивать так… надеюсь, вы успеете раскаяться до нашей следующей встречи, возвышенный брат.

Сияние на крыше дозорной башни поднялось вверх, одновременно угасая, и вскоре двор заимки погрузился в совершенно уже непроглядную темень.

— Маги, — проскрежетал палатин, — дайте света, идиоты ленивые!

После ослепительного заклятия Иан-па обычные сияющие шары, взлетевшие над двором, смотрелись довольно бледно — в буквальном смысле. Тем более, что даже светлоцерковным магам и даже с прямого разрешения возвышенного брата творить магию около щитовиков было нелегко. Но созданного магией света всё же хватило, чтобы люди снова могли ориентироваться вокруг с помощью собственных глаз.

— Где этот колдун? Где?!

— Кажется, — дрожащий голос стражника, забравшегося на крышу, — он… улетел.

Толпа (а называть это отрядом уже вряд ли стоило) забормотала и взволновалась. Причём среди повторяющегося с разными интонациями «улетел?» всё чаще стало звучать опасливое и потрясённое «вознёсся!».

— Тишина! — рявкнул палатин. — Идиоты замороченные! Ищите его, ищите, пока он не успел далеко уйти после магического истощения! Десять золотых тому, кто первым отыщет след. Двадцать — тому, кто поймает этого… самозванца. Сотник, командуйте!

— Живо, живо! — сипло взревел командир стражников, — слыхали, чего возвышенный брат пообещал? Я ещё от себя добавлю, клянусь престолом Высочайшего! Шевелись, оглобли кривые!

Мирг сильно сомневался, что Иан-па действительно «вознёсся», как продолжали шептаться тут и там. Но зато почти не сомневался, что никаких следов стража не отыщет. На месте чужака он бы просто остался сидеть на крыше башни, восстановив своё заклятие невидимости… впрочем, лично проверять эту догадку Охотник не собирался.

Портить такое красивое представление? Ну уж нет!

Операция «Шок и трепет» прошла по основному сценарию. Почти без ответвлений.

Многое оставалось за пределами поля расчётов. Например, я не мог прочитать мысли Сульхасия с Астанием и, как следствие, понятия не имел о содержании их посланий. Тем более я не мог знать, к каким партиям внутри Ордена они принадлежат и кому они адресовали свои призывы об укрощении дикого мага (то есть меня). То есть предполагать, что Сульхасий связан с «монашеской» партией, а Астаний — с такими же тайными омеритами я мог, притом с высокой мерой достоверности. Но предположения — одно, а реальность — другое. (К примеру, Астаний вполне мог апеллировать напрямую к начальству… не то, чтобы это меняло что-то принципиальное, но мог? Ещё как!) Также я не мог заранее знать, какими силами меня будут ловить, понятия не имел об уровне компетенции командиров щитовиков…

Даже о том, удастся ли мне избежать негативного влияния антимагии при прямом столкновении с большим числом орденцев, я не мог знать наверняка!

Вообще я слишком многое поставил на эффективность двух приёмов: магорадара с левитацией. При наихудшем сценарии (компетентное руководство, подавляющее качественное и численное превосходство условного противника, наличие у щитовиков мер разрушительного воздействия на магические способности, работающего на средних и больших дистанциях) у меня оставалась возможность оценить потенциал оппонентов с условно-безопасного расстояния и быстро отступить, не вступая в прямое столкновение с противником.

Но я составил план, опираясь на ряд положений с истинностью около единицы. Я учёл, что Астаний с Сульхасием не могли послать полноценные отчёты — только краткие и неполные по определению тревожные послания. На сихратов, как и на обычных почтовых голубей, нельзя навьючить многостраничную тетрадь, только маленькие записки… а средства компактной записи данных, типа микроплёнки, здесь неизвестны. Из всего этого следовало, что моя способность использовать «стихию» света окажется для адресатов посланий сюрпризом. Скорее всего. Также я учёл, что сильные независимые маги «всплывают» не особо часто, или, точнее, редко. А уж о независимых мастерах либо равных им по силе и речи нет: публика такого ранга учтена вся, тут уж даже на недоразвитую «средневековую» бюрократию положиться можно. Значит, попытки взять меня качеством маловероятны, скорее, будет ставка на количество…

Конечно, имелись варианты. Например, разбираться с ситуацией вместо толпы щитовиков мог явиться кто-то из прикормленных мастеров магии. А то и вообще грандмастер (хотя это уже сомнительно, но шанс был, был). Вместо прямой атаки могла последовать попытка переговоров с какой-нибудь пакостью, вроде распыляемого в самый неподходящий момент яда. Или банальная атака щитовика-смертника, которая могла пройти просто от неожиданности. Да, много всякого можно было придумать, если не особо сдерживать бритву Оккама.