Кивок.

— Может все-таки отступишься, и вернешься домой?

Отрицательное покачивание моей любимой упрямой головкой… И тут раздается насмешливый голос твари, прикованной в углу камеры:

— Что, Прима, тебе здесь не нравится, да?

Я не сдерживаю рык и оборачиваюсь на ненавистный мне голос:

— Закрой свой рот, мразь, или я лично вырву тебе твой поганый язык.

Бэмби кладет мне на щеку свою ладошку, как бы напоминая о моем обещании держать себя в руках. Вдох-выдох, Рэд… Вдох-выдох:

— Вилен…

Он смотрит на меня, и понимает без слов, что я прошу его взять на себя ведение допроса, потому что мне не удается совладать со своим зверем. Фак, да я и шаг внутрь камеры не смогу сделать, потому что попросту не выдержу и наброшусь на эту мразь, разрывая ее на мелкие кусочки…

Бэмби идет, ведомая за руку Виленом, подходит к своей отравительнице и жестом показывает на свои лодыжки. Мой брат тихо говорит:

— Нет, Бэмби, мы не можем освободить ее.

Моя девочка вздыхает и жестами о чем-то спрашивает (она стоит ко мне спиной, поэтому я не могу понять о чем именно). Вил «переводит»:

— Кесса, Прима спрашивает, били тебя Стражи или нет.

Я не могу слышать этот голос, не могу…

— Нет, меня не били. А что, ты пришла посмотреть на это?

Вилен:

— Слушай сюда, Кесса, и слушай внимательно… Ты открываешь рот только для того, чтобы давать конкретные ответы. Больше никаких комментариев, ясно?

Бэмби опять жестикулирует.

— Прима принесла тебе хлеб и воду…

Я напрягся… так вот что за сверток у Бэмби в руках… Да как ей в голову пришло принести жратву этой твари?

Рэд, спокойно, поговоришь об этом с Бэмби дома… Спокойно…

— Э-э-э не откажусь.

Вилен берет из рук моей девочки сверток и швыряет его к ногам этой суки. Бэмби недовольно дернулась, но мой брат удержал ее за плечи.

Пока отравительница жадно пьет воду, Вилен подводит мою жену к единственному стулу, усаживает ее и становится сзади. Бэмби поднимает голову и благодарно ему улыбается. Он кивает «все хорошо, не за что», и кладет ей руки на плечи.

Из угла раздается, полное насмешливого презрения:

— Прима, а они тебя имеют по очереди или одновременно?

Все, сука… ты — труп… ты-растерзанный-до-неузнаваемости-труп…

Слышу крик Бэмби, чувствую, как Вилен перехватывает меня и падает на меня сверху, придавив своим телом… Я рычу и сбрасываю его с себя… Не успеваю встать, и… почувствовав схватившие мою руку любимые пальчики, уже не могу встать… Потому что, если я встану, то меня уже никто и ничто не остановит:

— Бэмби, Бэмби…

Она гладит мою щеку и взглядом умоляет успокоиться, просит позволить ей довести задуманное до конца.

— Хорошо, любимая… Но, я не могу здесь находиться. Я подожду вас с Виленом на улице.

Мне надо закурить, фак… фак… фак…. Полкоролевства за сигарету…

— Вилен, говори, черт бы тебя побрал!!!

…Когда Бэмби и мой брат сели в носилки, я не заподозрил ничего неладного. Моя девочка молчала и не шевелилась, но у меня было тому отличное обоснование: она же не каждый день общается с тем, кто желает ей смерти. Вилен же, наоборот, был весь, как на шарнирах. На мой вопрос: «Что», он ответил: «Не сейчас». Так мы молча и доехали до дома…

— Рэд, я обложался, я так обложался, брат.

— Что с Бэмби?

Моя девочка сейчас лежит в соседней комнате. Меня дико страшит непонимание ее состояния, и я хочу сейчас же услышать его причину. Вилен опускает на руки голову и начинает свой рассказ о том, что произошло в камере после того, как я оттуда ретировался.

— Рэд… В общем, сначала, Кесса отвечала на все вопросы, но ничего нового мы так и не узнали… Потом она стала срываться… перескакивать с темы на тему, отвечать невпопад, вспоминать свое детство, ругать брата за то, что не выдал ее замуж, что если бы она была замужем, то уже не принадлежала бы к его семье, а принадлежала бы к семье мужа, и что тогда бы ей было все равно… что она не хотела рисковать из-за него, но боялась, что в случае, если правда выплывет наружу, потерять свой ранг, как его сестра… потом опять про детство, про давно умерших родителей… потом вдруг стала перечислять тех, с кем у нее были любовные связи… сука-сука-сука… Рэд, да если бы я только знал… если бы я только мог предположить что-то подобное, да я бы за шкирку вытащил оттуда Бэмби, и пусть бы она ненавидела меня за это до конца своих дней… да… лучше пусть бы вообще перестала со мной разговаривать, чем так… чем то…