В Партграде находился лучший в стране протезный комбинат, сочетавший исследовательские и конструкторские учреждения с производством протезов. Юрий состоял на учете в комбинате в качестве подопытного кролика. По мере того, как он подрастал, ему изготовляли новые протезы. На нем проверяли их достоинства и недостатки. Юрий был в высшей степени удобным с этой точки зрения. Он сам вел наблюдения за собой и высказывал дельные соображения сотрудникам комбината. За это ему делали протезы бесплатно и вне очереди, а за участие в испытаниях протезов даже платили небольшие деньги. Так что Юрий с детства был погружен в среду людей, являющихся инвалидами или имеющих с ними дело.

В комбинат приезжали инвалиды со всей России. Многие так или иначе оседали в Партграде насовсем, в основном — в районе комбината. Партградцы так и прозвали район инвалидным. Хотя официальная статистика относительно инвалидов не печаталась, на секретных совещаниях в комбинате назывались страшные цифры. Они становились известными сотрудникам комбината и связанным с ним инвалидам, а через них — рядовым партградцам. Да и по официальным докладам начальства комбината можно было судить о фактическим положении в стране. Однажды директор комбината, выступая по телевидению, расхвастался успехами комбината, но сделал и несколько самокритичных замечаний. Он сказал, что за последние два года продукция комбината утроилась (это плюс), но все равно комбинат еще не выполняет возросшие и все растущие потребности трудящихся в ручных и ножных протезах, инвалидных колясках, слуховых приборах (это — минус). Директор сказал также, что мы отстаем от растущей потребности в изобретении приборов для незрячих. Особенно сложным, подчеркнул директор, является обслуживание инвалидов от рождения. Число их неуклонно растет, так что приходится учитывать возрастные потребности инвалидов. Хотя директор заверил народ, партию и правительство в том, что дружный коллектив комбината справится с почетной задачей, возложенной на него, директору залепили строгий выговор по партийной линии, а нескольких ответственных работников телевидения освободили от работы. И напрасно, между прочим, так как никто из телезрителей не заметил юмора ситуации.

В годы перестройки (гласности) в центральной и партградской прессе стали появляться суммарные данные об инвалидах. В частности, было сообщено, что в России до двух миллионов детей дошкольного и школьного возраста являются слепыми и глухими от рождения. Но Юрия эти данные уже не удивили. Он, вращаясь с детства в обществе инвалидов, мог и без этих данных составить себе представление о масштабах тенденции современного ему общества к уродизированию. Это слово он изобрел сам, начав потом разрабатывать свою теорию уродства.

Обычные человеческие отношения, которые обнаруживают свою неприглядную природу в массовом исполнении в нормальном (здоровом) обществе, в обществе инвалидов проявлялись в еще более отчетливом и в ничем не замаскированном виде. Так что те социальные закономерности, открытие которых в нормальном обществе стоило усилий и требовало профессиональной подготовки, здесь были очевидны даже малограмотным уборщицам. Когда впоследствии Юрий обратится к сочинениям известных философов и социологов и будет разговаривать с профессиональными социологами, он будет удивлен банальностью их суждений и поразительной слепотой в отношении того, что на самом деле бросалось ему в глаза и заслуживало внимания.

После переселения Черновых в Партград врач Малов стал часто бывать у них. Юрий, привыкший считать мать частью своего тела, своими руками, сначала впал из-за этого в панику: он боялся ее потерять. Но убедившись в том, что отношения его матери с Маловым никак не влияют на его образ жизни, успокоился. Он даже подружился с Маловым.

— Малов хороший человек, — сказал Юрий однажды матери. — Почему бы вам не пожениться?

— Человек он хороший, — ответила она вздохнув, — только алкоголик. Не хочу брать на себя такую обузу. Мне одного тебя хватает.

Хотя Малов годился Юрию в отцы (он родился в 1922 году), между ними установились отношения равноправных собеседников. Малов был специалистом по врожденным отклонениям от норм психики и любил говорить на эту тему. Под влиянием этих разговоров Юрий начал задумываться над проблемой физических врожденных ненормальностей и их причинами.

— Число людей с врожденными отклонениями от норм психики в мире огромно, — говорил Малов. — И оно все растет. Это уже давно нашло выражением в культуре. В живописи, например, это — Кандинский, Пикассо, импрессионисты, экспрессионисты, абстракционисты. В литературе — Кафка. У нас — Булгаков. В поэзии — отрицание ее основ, т. е. рифмы и размера. В музыке — нынешние шлягеры, сводящие с ума молодежь, в общем — музыка, которую можно назвать антимузыкой. В драматургии — театр абсурда, Бекет. В кино — Бергман, Антониони, Феллини, у нас — Тарковский. Если с физическими инвалидами от рождения все вроде бы ясно, то психические отклонения от норм в большинстве случаев вообще не замечаются до поры до времени. Обычно они проявляются в экстремальных ситуациях.

— В чем причина этого явления? — спрашивал Юрий.

— Не причина, а причины, — отвечал Малов. — Их тысячи. И за ними не уследишь. А в общей форме объяснение тривиально. Слишком много людей. Заторможен или исключен совсем механизм естественного отбора. Ненормальные дети выживают так же, как и здоровые. Погибают или исключаются из нормальной жизни только крайние, очевидные отклонения. Более тонкие отклонения игнорируются, а порою даже поощряются. Ну и научно-технический прогресс, конечно. Успехи химии, атомные эксперименты. За прогресс приходится расплачиваться. Я думаю, что человечество в конце концов погибнет вследствие прогресса. Диалектика, брат, не вымысел марксистов. Она есть реальность эволюции.

— Имеется ли связь между психическими и физическими ненормальностями? спросил Юрий.

— Имеется. Но ты не волнуйся, тебя это не касается. В таких случаях, как твой, дети рождаются психически здоровыми и очень одаренными интеллектуально. Но у них могут развиться психические заболевания вследствие переживания физической неполноценности.

— Есть против этого защита?

— Есть.

— Например?

— Например, одержимость большими идеями, замыслами и делами.