Шрифт:
— Образование. Профессия. Работа.
— Я получил хорошее образование. Может быть не лучшее. Но я не жалуюсь. Владею двумя языками. Окончил такой факультет, какой хотел.
— Был приличный факультет?
— Я бы не сказал. Но я занимался сам, независимо от того, чем нас пичкали. Имел книги из закрытого фонда в неограниченном количестве.
— Опять привилегия.
— Да. Но разве в идеале нельзя позволить всем студентам читать все, что они хотят?!
— Допустим, можно.
— Профессию я выбрал такую, о какой мечтал еще в школе.
— В газетах опять-таки писали…
— Знаю! Более девяноста процентов детей выбирает профессию из того, что для них практически возможно, а не в соответствии с внутренней потребностью. А что такое внутренняя потребность? Я ведь профессионально изучал это. Когда речь идет о миллионах людей, проблема выбора теряет смысл как проблема индивидуальная. Меня моя профессия устраивает вполне. И работа тоже.
— В каком смысле работа устраивает?
— На исполнение служебных обязанностей уходит немного времени. Они меня не утомляют. Кроме того, я веду интересные для меня исследования. Делаю доклады. Печатаю статейки. Скоро закончу диссертацию.
— Знаю. Опять-таки исключение. Ты сумел занять особое положение. Другие твои коллеги жалуются, что занимаются никому не нужной чепухой, попусту тратят время, годами не могут напечатать ни строчки.
— Это их дело. Я здесь имею то, что хочу. И это меня устраивает.
— Пока. Погоди, дойдет до более серьезных вещей…
— Пусть, пока. Но в идеале я хочу, чтобы работа меня устраивала и чтобы результаты ее становились известны окружающим.
— И чтобы были оценены по достоинству?
— Конечно.
— А судьи кто?
— Это другой вопрос. Пока мой идеал и тут осуществлен. Пойдем дальше. Возьмем положение в коллективе…
— Ага, коллектив! Но это уже тип общественного устройства!
— Согласен. Скажем иначе, положение среди тех людей, с которыми приходится сталкиваться по работе. Коллеги…
— …и начальство?
— Да. У меня хорошие отношения с коллегами и начальством. Пусть, пока. Но в идеале я доволен и с этой точки зрения.
— Зарплата.
— Зарплата, конечно, мизерная. Но мне пока хватает.
— Поскольку она идет у тебя на карманные расходы. Родители оплачивают твои основные расходы.
— То, что я имею, мне хватает. Через пару лет защищу диссертацию. Меня повысят в должности. Буду получать вдвое больше, чем сейчас. И, надеюсь, это не предел.
— Это все в идеале. А как будет на деле — вопрос.
— Правильно, в идеале. Далее — внерабочее время. В отпуск я езжу в лучшие места страны, отец достает мне путевки. Но я это имею. Не стыжусь этого. И не собираюсь отказываться от такой привилегии. У меня много друзей и знакомых, с которыми могу встречаться во внерабочее время, обмениваться мыслями, шутить, обсуждать интересующие меня проблемы.
— Ты полностью удовлетворен?
— Вот тут дела обстоят хуже. Я скажу тебе, чего мне не хватает, и что я включил бы в мой идеал здорового эгоизма.
— Автомашина?
— Знаю. Опять-таки исключение. Ты сумел занять особое положение. Другие твои коллеги жалуются, что занимаются никому не нужной чепухой, попусту тратят время, годами не могут напечатать ни строчки.
— Это их дело. Я здесь имею то, что хочу. И это меня устраивает.
— Пока. Погоди, дойдет до более серьезных вещей…
— Пусть, пока. Но в идеале я хочу, чтобы работа меня устраивала и чтобы результаты ее становились известны окружающим.
— И чтобы были оценены по достоинству?
— Конечно.
— А судьи кто?
— Это другой вопрос. Пока мой идеал и тут осуществлен. Пойдем дальше. Возьмем положение в коллективе…
— Ага, коллектив! Но это уже тип общественного устройства!
— Согласен. Скажем иначе, положение среди тех людей, с которыми приходится сталкиваться по работе. Коллеги…
— …и начальство?
— Да. У меня хорошие отношения с коллегами и начальством. Пусть, пока. Но в идеале я доволен и с этой точки зрения.